81
3 Консульство и консулы Латвии в Витебске ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ КОНСУЛА Издание «Консульство и консулы Латвии в Витебске» охватывает де- вяносто лет деятельности консульства соседнего государства в городе на Двине. Одновременно через призму истории работы латвийских консулов в Витебске рассказывается и история жителей приграничья по обеим сто- ронам этой разделительной линии. Многочисленность семейных, род- ственных, дружеских и деловых связей между жителями Придвинья и Лат- вии, как и насыщенность социальных, культурных, коммерческих и тури- стических контактов разного уровня зеркально отражалась в деятельности Консульства Латвийской Республики в Витебске во все времена. Необходимо отметить, что исследование и последующая подготовка работы, посвящённой деятельности Консульства Латвийской Республики в Витебске, была проведена совместными усилиями белорусских и латвий- ских учёных в рамках научно-исследовательского проекта «Латыши и бе- лорусы: вместе сквозь века», реализуемого в сотрудничестве Витебского государственного медицинского университета и Латвийского университе- та. Таким образом, издание стало ещё одним связывающим звеном между жителями наших двух стран. Позвольте мне выразить искреннюю благодарность за проделанную работу, результатом которой является настоящее издание «Консульство и консулы Латвии в Витебске». Я надеюсь, что в нём многие читатели найдут увлекательные сведения из нашей обшей истории, а исследователи вдохновение для новых работ и открытий. С уважением, Дагния Лаце - Ате Консул – руководитель Консульства Латвийской Республики в Витебске

Konsuljstvo i konsuly Latviji v Vitebske. Minsk: RIVSh, 2015

  • Upload
    lu-lv

  • View
    0

  • Download
    0

Embed Size (px)

Citation preview

3 Консульство и консулы Латвии в Витебске

ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ КОНСУЛА

Издание «Консульство и консулы Латвии в Витебске» охватывает де-

вяносто лет деятельности консульства соседнего государства в городе на

Двине. Одновременно через призму истории работы латвийских консулов

в Витебске рассказывается и история жителей приграничья по обеим сто-

ронам этой разделительной линии. Многочисленность семейных, род-

ственных, дружеских и деловых связей между жителями Придвинья и Лат-

вии, как и насыщенность социальных, культурных, коммерческих и тури-

стических контактов разного уровня зеркально отражалась в деятельности

Консульства Латвийской Республики в Витебске во все времена.

Необходимо отметить, что исследование и последующая подготовка

работы, посвящённой деятельности Консульства Латвийской Республики в

Витебске, была проведена совместными усилиями белорусских и латвий-

ских учёных в рамках научно-исследовательского проекта «Латыши и бе-

лорусы: вместе сквозь века», реализуемого в сотрудничестве Витебского

государственного медицинского университета и Латвийского университе-

та. Таким образом, издание стало ещё одним связывающим звеном между

жителями наших двух стран.

Позвольте мне выразить искреннюю благодарность за проделанную

работу, результатом которой является настоящее издание «Консульство и

консулы Латвии в Витебске». Я надеюсь, что в нём многие читатели

найдут увлекательные сведения из нашей обшей истории, а исследователи

– вдохновение для новых работ и открытий.

С уважением,

Дагния Лаце - Ате

Консул – руководитель Консульства Латвийской Республики в Витебске

4 М. Королёв, Э. Екабсонс

ВВЕДЕНИЕ

Сегодня месторасположение Консульства Латвийской Республики в

Витебске известно практически каждому горожанину. С понедельника по

пятницу у здания представительства кипит жизнь. С его помощью жители

региона могут получить визы на посещение не только Латвии, но и целого

ряда европейских стран, присоединившихся к Шенгенским соглашениям.

Однако собравшиеся у ворот Консульства чаще сетуют на трудности в ре-

гистрации на подачу документов и длительность ожидания в очереди, чем

радуются удобствам, которые оно им предоставляет. И, как справедливо

замечает витебский историк Роман Воронов, практически никто не заду-

мывается о том, что это «удобство» является частью долгой цепочки собы-

тий и за привычной для нас резиденцией стоит целая история междуна-

родных отношений длиной почти в столетие, а здание на улице Богдана

Хмельницкого – это уже третья локация Консульства Латвийской Респуб-

лики в истории Витебска1.

В марте 2014 года отмечалось 20-летие возобновления работы Кон-

сульства Латвийской Республики в Витебске, а в марте 2015 года испол-

нится 90 лет как консульское представительство Латвии впервые открыло

свои двери в городе над Двиной.

Как стало возможным открытие Консульства в Витебске в 1925 году?

Кто был первым консулом Латвии? Чем занималось Консульство в совет-

ском Витебске? Какая связь существовала между латвийским консулом и

семьёй великого русского художника И.Е. Репина? При каких обстоятель-

ствах и когда представительство было закрыто? В каких условиях в 1990-е

годы была возобновлена работа Консульства в Витебске? Чем живёт кон-

сульское представительство сегодня и кто им руководит? Ответам на эти

вопросы и посвящено настоящее издание.

В структуре исследования выделяется два основных раздела, которые

посвящены работе Консульства Латвийской Республики в Витебске в со-

ветский и современный периоды.

Основу источниковой базы первой части составили документальные

источники. В первую очередь, это документы Государственного архива

Витебской области. Преимущественно, это переписка Консульства с Ви-

тебским окружным исполнительным комитетом (ОИК), а также переписка

последнего с центральными властями в Минске. Большим подспорьем в

нашей работе стали материалы, найденные в фондах Латвийского нацио-

нального архива Латвийского государственного исторического архива

(LNA LVVA) и Архива Гуверовского института Стенфордского универси-

5 Консульство и консулы Латвии в Витебске

тета (HIA). Они представляют собой сообщения и отчёты Консульства в

Витебске, которые регулярно направлялись в латвийское Министерство

иностранных дел (МИД). Без них данное исследование было бы неполным.

Статистические источники составляют материалы государственно-

партийных органов (о количестве латышского населения, сети латышских

школ и т.д.; следует отметить, что они содержат определённые неточно-

сти), материалы переписей населения (1897 г. и 1926 г.), а также данные о

выдаче виз, любезно предоставленные Министерством иностранных дел

Латвийской Республики.

Повествовательные источники представлены периодической печатью

и мемуарами. Мемуары интересны тем, что написаны непосредственными

участниками или очевидцами событий и отражают их восприятие имевшей

место действительности. Периодическая печать содержит официальную

информацию, а также публикует заметки о происходящих событиях в кон-

тексте региональной или общегосударственной жизни.

Необходимо остановиться и на степени репрезентативности докумен-

тов. Из фондов белорусских архивов, на наш взгляд, наиболее адекватно

сложившуюся действительность отражают документы с пометками «сек-

ретно» и «совершенно секретно», т.к. они не предназначались для публи-

кации в официальной прессе, и должностные лица могли свободно обме-

ниваться информацией. Именно эти документы свидетельствуют о тех

трудностях, которые возникали в процессе реализации национальной по-

литики, коллективизации, а также при взаимодействии советских органов с

консульским представительством. Официальные же материалы, в первую

очередь периодическая печать, представляют более идеализированную

картину. Сообщения латвийского консульства в МИД (из фондов LNA

LVVA и HIA) отражают советскую реальность глазами его сотрудников.

Благодаря им мы можем взглянуть на ход белорусской истории сквозь

призму истории национального меньшинства БССР – «белорусских» ла-

тышей.

Также нами привлекались исследования белорусских, латвийских,

российских и польских авторов, в той или иной мере затрагивающие дан-

ную тему.

Ссылки на основные источники даны арабскими цифрами и приводят-

ся в конце основного текста. Пояснения обозначены римскими цифрами и

помещены внизу страницы, к которой они относятся.

6 М. Королёв, Э. Екабсонс

ЭТАП ПЕРВЫЙ: СОВЕТСКИЙ

ЛАТЫШИ НА БЕЛОРУССКИХ ЗЕМЛЯХ (до Октябрьского переворота 1917 г.)

Белорусов и латышей связывает многовековая история. Наши предки

жили вдоль Западной Двины (Даугавы), по которой проходил древний тор-

говый путь «из варяг в греки», что обуславливало развитие контактов.

Продвигаясь к Балтийскому морю, в целях защиты от балтских племён

Полоцкое княжество укрепляло крепости Кукенойс и Герцике. Во время

экспансии крестоносцев предки современных белорусов искали союза с

предками современных латышей для совместного противостояния агрес-

сии.

Со временем земли вдоль Западной Двины-Даугавы интегрировались

в составе Великого княжества Литовского и Речи Посполитой. Последняя,

правда, не смогла полностью удержать Прибалтику и уступила в XVII в.

часть территорий Швеции. Спустя столетие уже Российская империя стала

доминирующим игроком в регионе. В результате событий XVIII в. наши

территории оказались под властью России. После окончательного установ-

ления нового административного деления часть Латгалии (Двинский, Лю-

цинский и Режицкий уездыI) оказались в составе Витебской губернии.

Присутствие латышей на белорусских землях стало более ощутимым

после отмены в Российской империи крепостного права. Здесь сказались, с

одной стороны, последствия восстания К. КалиновскогоII 1863–1864 гг. и, с

другой стороны, разница в стоимости земли в Прибалтийских и Белорус-

ских губерниях. Крестьяне Лифляндской и Курляндской губерний стали

активно переселяться на белорусские земли, арендуя или покупая землю у

местных помещиков. Исследователь миграций латышей второй половины

XIX в. Т. Кикутс отмечает, что среди конечных целей переселенцев Витеб-

ская губерния (за исключением «латышских уездов») занимала третье ме-

I Центрами уездов были соответственно современные Даугавпилс, Лудза и Резекне. II Кастусь (Викентий Константин) Калиновский (Кастусь Каліноўскі, 1838–1864) – белорусский револю-

ционер, публицист, поэт. Учился на юридическом факультете Петербуржского университета, где активно

участвовал в деятельности студенческих землячеств и в революционных кружках. Возвратившись на

родину, стал одним из лидеров национально-освободительного движения. В 1862–1863 гг. руководил

изданием и распространением «Мужыцкай праўды» (Mużyckaja prauda) – первой нелегальной революци-

онной газеты на белорусском языке (использовалась белорусская латиница). В 1863 г. возгла-

вил восстание в Беларуси и Литве за возрождение Речи Посполитой в границах 1772 г., которое началось

в январе на территории Польши. Руководил повстанцами до своего ареста в конце января 1864 г. Казнён

через повешение в Вильне на Лукишской площади.

7 Консульство и консулы Латвии в Витебске

сто по популярности, Могилёвская губерния была на пятом месте, а Мин-

ская – на двенадцатом2.

Если говорить о количественном измерении, то, например, в Витеб-

ской губернии Всероссийская перепись населения 1897 г. зафиксировала

1 489 246 человек. Из них 264 062 назвали родным языком латышский3.

Если «вычесть» из этого числа так называемые «латышские уезды» (Двин-

ский, Люцинский и Режицкий), то на оставшейся части Витебской губер-

нии проживало 10 270 человек, идентифицирующих себя как латыши.

Преимущественно, это были сельские жители.

Следующая волна переселений была вызвана последствиями Первой

мировой войны. Западные губернии были переведены на военное положе-

ние, одновременно были увеличены гарнизоны. Много латышей оказалось

среди солдат расположенного в Витебске 40-тысячного военного гарнизо-

на.

Вторым источником увеличения доли латышского населения региона

стали мероприятия по эвакуации. Многие предприятия и учреждения из

прибалтийских губерний перемещались в глубь империи. Так, в Витебск

было эвакуировано из Риги управление Риго-Орловской железной дороги.

В губернию переместили и другие учреждения, например, Двинскую учи-

тельскую семинарию (в Городок), школу из Дагды (в Езерище)4 и др. Вме-

сте с ними перемещались и сотрудники, значительную часть которых со-

ставляли этнические латыши.

Третьим аспектом стало беженство. Особенно оно возросло в 1915 г.,

когда прошло масштабное наступление немецких войск и боевые действия

перекинулись на белорусские губернии. Значимой проблемой был вопрос с

жильём. Как сообщала 9 июля 1915 г. белорусская газета «Наша ніва»,

многие беженцы жили в шалашах на окраинах Витебска5. Постепенно ста-

ли создаваться и работать различные общественные организации, призван-

ные помогать пострадавшим от военных действий людям. Многие из них

создавались по национальному признаку. Так, например, к ноябрю 1916 г.

в Витебске действовало Отделение Латышского общества помощи бежен-

цам «Родина» и приют для нетрудоспособных беженцев при нём6. Органи-

зация посильно содействовала в размещении латышей-беженцев и поисках

ими работы, выдавала материальные пособия, оказывала помощь одеждой

и бельём, пыталась организовать какую-никакую культурную жизнь.

Вопрос трудоустройства стоял довольно остро. Если рабочие и слу-

жащие эвакуированных предприятий и учреждений могли продолжать

свою трудовую деятельность, то для беженцев это было сверхсложная

проблема. Тем не менее, часть латышей-беженцев смогла устроиться на

железной дороге, на льнопрядильной фабрике «Двина» и т.д.

8 М. Королёв, Э. Екабсонс

К сожалению, мы не имеем возможности дать точные сведения о чис-

ленности латышского населения в губернии к 1917 году. Однако из доку-

ментов 1918–1919 гг. можно судить, что на её территории (за исключением

«латышских уездов») скопилось более 20 000 латышей, без учёта задей-

ствованных в воинских формированиях. Таким образом, общее их число

увеличилось более чем в два раза.

Однако, не менее чем количественные, важны качественные показате-

ли. Занесённые в Витебск войной латыши по своему происхождению часто

были выходцами из социальных низов, многие из них на родине участво-

вали в латышском социал-демократическом движении7. В 1917 г. в городе

действовало более 20 партий, в том числе и латышские социал-демократы.

Социальные проблемы военного времени усугублялись поражениями рос-

сийской армии на фронтах. В результате положение становилось всё более

напряжённым, росло недовольство населения, а вслед за ним – политиза-

ция масс.

Здесь следует вслед за А.С. Тумановой8 подчеркнуть роль беженских

обществ в самоорганизации различных социальных групп, и, в частности,

латышей. Составленные преимущественно из представителей тех нацио-

нальностей, которым они помогали, такие общества являли собой новый

феномен организаций, нацеленных на индивидуализацию помощи бежен-

цам различных национальностей, на формирование отношения к беженцам

не только как к объектам выделяемой помощи, но и как к важным её субъ-

ектам. Национальные беженские общества сыграли важную роль в моби-

лизации ресурсов представителей национальных сообществ империи, в со-

циализации беженцев на новых местах, адаптации их в среде местного

населения. Содействовали они также и развитию национального самосо-

знания в годы войны. Полученный опыт окажется весьма полезным в пе-

рипетиях революционных событий. Уже после свержения самодержавия

латышские работники и батраки г. Витебска сумели сорганизоваться и за-

хватить власть в беженском комитете, в который после перевыборов во-

шли преимущественно большевики. Это послужило началом создания ла-

тышского района в городе9. Латыши-большевики станут костяком форми-

рующихся новых органов власти, а красные латышские стрелки – надёж-

ной их опорой в деле утверждения новых порядков.

Таким образом, в результате различных процессов второй половины

XIX – начала ХХ века на белорусских землях оказалось значительное ко-

личество этнических латышей, часть которых принимала непосредствен-

ное участие в становлении новых политических реалий на обозначенных

территориях.

9 Консульство и консулы Латвии в Витебске

СТАНОВЛЕНИЕ ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ С ЛАТВИЕЙ

Пришедшие к власти в октябре 1917 г. большевики среди прочего про-возгласили право народов бывшей Российской империи на самоопределение вплоть до отделения и создания самостоятельного государства, что нашло отражение в соответствующей декларации10. Однако не всё здесь было столь однозначно и просто. Живя идеей мировой революции, большевики надеялись и всячески способствовали, чтобы на окраинных национальных территориях бывшей империи к власти пришли просоветски настроенные силы. Однако вмешательство стран Антанты не позволило всем этим надеждам осуществиться. Боевые действия Первой мировой войны плавно перетекли в столкновения гражданской и советско-польской войн.

В это время и латышский, и белорусский народы предприняли попыт-ки создания суверенных национальных государств. Латвия была одной из стран, которые де-юре на международном уровне признали Белорусскую Народную Республику (БНР), которая была провозглашена на землях с преимущественно белорусским населением в начале 1918 г. После провоз-глашения независимости Рига вступила в отношения с представителями БНР (ранее это сделали Эстония, Украинская Народная Республика, Литва, Финляндия и Чехословакия). После отъезда правительства БНР с террито-рии Беларуси и установления власти большевиков реализация этих отно-шений здесь стала невозможной, хотя взаимодействие с деятелями БНР Латвия продолжала ещё на протяжении нескольких следующих лет11.

Идея создания белорусской советской государственности изначально не встречала поддержки у правительства Ленина. Однако попытка её со-здания по буржуазно-демократическому образцу (БНР) в значительной степени показала актуальность этого вопроса. Восстановление независи-мого польского государства и начало военных столкновений с ним выну-дило большевистское правительство в Москве пойти на создание буфер-ных государств12. 25 декабря 1918 г. народный комиссар до делам нацио-нальностей РСФСР И. Сталин сообщил, что ЦК партии решил «по многим соображениям … согласиться с белорусскими товарищами на создание Бе-лорусского советского правительства»13. 1 января 1919 г. в Смоленске бы-ла провозглашена белорусская советская государственность. БССР созда-валась практически на тех же территориях, где почти годом ранее была провозглашена БНР. Однако в таком виде БССР просуществовала всего несколько недель. Уже в середине января ЦК РКП(б) постановил исклю-чить из состава республики Витебскую, Могилёвскую и Смоленскую гу-бернии. Оставшуюся часть в Москве было решено объединить с Литовской ССР в Литовско-Белорусскую ССР (Лит-Бел), что официально было оформлено 2–3 февраля 1919 г. Однако Польша не признала эти новые об-

10 М. Королёв, Э. Екабсонс

разования. Вскоре началась полномасштабная война. В августе 1919 г. вся территория Лит-Бел ССР была оккупирована польскими войсками.

Военные успехи большевиков летом 1920 г. вновь поставили вопрос о

белорусской советской государственности. Теперь он возник на фоне во-

одушевления в связи с возможностью мировой революции. Подходя к

польским этническим землям Красная Армия должна была выглядеть как

освободительница угнетаемых народов. В этой связи 31 июля 1920 г. в

Минске было провозглашено создание независимой Советской Социали-

стической Республики Беларусь в составе неполных Гродненской и Мин-

ской губерний. Однако после поражения в Варшавском сражении к октяб-

рю 1920 г. значительная часть ССРБ находилась под польской оккупацией.

18 марта 1921 г. в Риге был подписан мирный договор между Совет-

ской Россией, Украинской ССР и Польшей, по которому последняя полу-

чала западно-белорусские и западно-украинские земли. От территории

ССРБ осталось лишь 6 уездов Минской губернии. Однако теперь белорус-

ское государство было признано Польшей и Германией14.

Ситуация на латвийских землях ко времени октябрьского переворота

1917 г. во многом напоминала белорусскую. Значительная их часть нахо-

дилась под немецкой оккупацией. После подписания Брест-Литовского

мира между Советской Россией и Германией латвийские национальные де-

ятели предприняли попытки создания латвийского государства. Основны-

ми внешними игроками здесь оставались Германия и Россия (ставшая со-

ветской), но позже к ним присоединились страны Антанты и Польша. 18

ноября 1918 г. была провозглашена независимость Латвии, временное пра-

вительство которой возглавил К. УльманисI, начавший искать поддержки у

стран Антанты. 17 декабря 1918 г. провозглашается создание Советской

Социалистической Республики Латвия, которую возглавил Пётр СтучкаII,

сразу взявший курс на союз с большевиками РСФСР (через 5 дней Ленин

подписал декрет о её признании). Начавшееся противостояние в конечном

итоге привело к поражению Красной Армии.

I Карлис Ульманис (Kārlis Augusts Vilhelms Ulmanis, 1877–1942) – латвийский политический и государ-

ственный деятель, первый премьер-министр Латвии (позже ещё трижды занимал этот пост). С 1936 г. –

Президент Латвии. После вступления в Латвию Красной Армии в 1940 г. ушёл в отставку. Был депорти-

рован в Ворошиловск (Ставрополь), где был арестован и переправлен в Красноводск (Туркменская ССР),

где и умер в тюремной больнице. II Пётр (Петерис) Стучка (Pēteris Stučka, 1865–1932) – писатель, юрист, политический деятель Латвии и

Советского Союза. Один из организаторов коммунистической партии Латвии. В 1888 г. окон-

чил юридический факультет Петербургского университета. Один из виднейших деятелей латышского

общественно-политического движения «Jaunā Strāva» (Новое течение). В 1903–1906 гг. жил под надзо-

ром полиции в Витебске. Участник Октябрьского переворота 1917 г. Дважды занимал пост народного

комиссара юстиции РСФСР. С декабря 1918 г. по январь 1920 г. – председатель Советского правитель-

ства Латвии. Стал первым председателем Верховного суда РСФСР (с 1923 г. и до самой смерти). Один из

создателей и директор (с 1931 г.) Института советского права. Умер 25 января 1932 г. в Москве. Был

кремирован, прах помещён в урне в Кремлёвской стене на Красной площади в Москве.

11 Консульство и консулы Латвии в Витебске

11 августа 1920 г. после четырёхмесячных переговоров в Риге был

подписан Мирный договор между Россией и Латвией, закрепивший де-юре

независимость последней от бывшей метрополии. Кроме прочего 19 стать-

ёй предусматривалось установление дипломатических и консульских от-

ношений между странами15. Вскоре они между РСФСР, в состав которой

до «укрупнения» БССР в 1924 г. входил Витебск, и Латвийской Республи-

кой и были установлены. 2 ноября 1920 г. первый посланник Латвийской

Республики в Советской России Янис Весманис вручил российской сто-

роне верительные грамоты. Посольство Латвии было открыто в Москве,

что вызвало бурю негодования в среде латышских коммунистов16. В янва-

ре 1921 г. Латвийская Республика была признана странами Антанты, а в

сентябре этого же года она стала членом Лиги Наций.

Следует отметить, что консульские представительства Латвии на тер-

ритории бывшей Российской империи существовали уже с 1919 г. в Благо-

вещенске и Мурманске. Представители латвийского Временного прави-

тельства работали на территориях, неподконтрольных большевикам (в Ар-

хангельске, Киеве, на Дону и Кубани, на Кавказе, в Сибири и во Владиво-

стоке). Однако с победой Красной Армии их деятельность была свёрнута.

Некоторые из этих представителей были арестованы, но в последствии,

благодаря содействию посольства в Москве, были отпущены либо обменя-

ны на латвийских коммунистов.

В БССР хотя и был создан собственный Народный комиссариат ино-

странных дел, но большинство внешнеполитических вопросов решалось

Москвой (НКИД БССР просуществовал чуть больше месяца). С конца

1921 г. БССР поддерживала отношения, основанные на признании де-

факто, с Латвией, Литвой, Эстонией, Австрией, Чехословакией, Турцией,

Италией и Англией. Так, например, БССР были подписаны санитарные

конвенции с Латвией, Эстонией и Польшей17.

Создание 30 декабря 1922 г. СССР внесло изменения в ситуацию. В

1923 г. независимая Латвия подтверждает дипотношения с Советским Со-

юзом, в пользу которого согласно Договору передала свои внешнеполити-

ческие функции и Советская Беларусь. Теперь юрисдикция посольства

Латвии в Москве распространялась на все союзные республики.

ОТКРЫТИЕ КОНСУЛЬСТВА В ВИТЕБСКЕ

После окончания военных действий посольству Латвийской Респуб-

лики в Москве пришлось столкнуться с огромным количеством вопросов,

требующих неотложного решения. В первую очередь, это касалось воз-

вращения беженцев и военнопленных, а также эвакуированных с Прибал-

12 М. Королёв, Э. Екабсонс

тийских губерний предприятий и прочего имущества. Так как дипломатам

в Москве было не под силу справится с таким объёмом работы, на местах

открывались консульские представительства (в Петрограде, Нижнем Нов-

городе, Омске, Владивостоке). Много латышей, как уже отмечалось выше,

находилось и на Витебщине, что поставило на повестку дня вопрос об их

обслуживании. Вторым актуальным вопросом первой половины 1920-х гг.

была проблема гражданства. Так называемый период оптации (по имено-

вании процесса, который начинался после ходатайства отдельной личности

о принятии её в гражданство) растянулся на несколько лет. По данным

начальника статистического управления Латвии Маргерса СкуниексаI в

первой половине 1920-х гг. в Латвийскую Республику вернулось более 200

тысяч репатриантов, более четверти которых составляли нелатыши (евреи

и пр.). С другой стороны, значительное число представителей самых раз-

ных национальностей (в том числе и латышей-коммунистов) просили при-

нять их в гражданство БССР–СССР, чтобы участвовать в строительстве

пролетарского государства18.

По приблизительным подсчётам, на начало 1925 г. на советской части

современной Витебской области проживало около 12,5 тысяч латышей.

Преимущественно они жили в сельской местности. «Городские» латыши

работали в советских и партийных органах, в силовых структурах, на же-

лезной дороге и предприятиях. В Витебском и Полоцком округах работало

9 латышских школ, в Витебске функционировал Латышский клуб и ла-

тышский детский дом. В Витебске, Полоцке и Орше при окружных коми-

тетах КП(б)Б были созданы и работали латбюро, призванные координиро-

вать проведение национальной политики советского государства среди ла-

тышского национального меньшинства. Вот в таких условиях в Витебске

начало свою работу Консульство Латвийской Республики.

Официально Консульство открылось весной 1925 г., когда в город

прибыл Эрнест Гиргенсонс – первый латвийский консул в Витебске. Его

консульский округ распространялся на всю территорию Белорусской Со-

ветской Социалистической РеспубликиII 19. Следует отметить, что это было

I Маргерс Скуениекс (Marģers Skujenieks, 1886–1941) – латвийский государственный и политический

деятель, экономист, статистик и публицист. В 1919 г. организовал Государственное статистическое

управление. Дважды возглавлял правительство Латвийской Республики. После присоединения Латвии к

СССР был арестован и расстрелян. II К этому времени уже произошло первое укрупнение БССР. Белорусские коммунисты активно пытались

этого добиться ещё с 1921 г. О несправедливости существования «трёх Беларусей» (БССР, западной Бе-

ларуси в составе Польши и восточной Беларуси в составе РСФСР) говорили и белорусы за границей. В

целях воздействия на белорусское национальное движение в Польше и на сторонников правительства

БНР за границей 3 марта 1924 г. ВЦИК РСФСР принял постановление «Об объединении в составе Бело-

русской Советской Социалистической Республики всех территорий Советского Союза с большинством

белорусского населения» и передаче ей ряда уездов Витебской, Гомельской и Смоленской губерний, в

том числе Витебского, Полоцкого, Калининского (центр – Калинковичи), Могилёвского. Возвращение в

1924 г. в состав БССР 15 восточных белорусских уездов вызвало большой резонанс в Польше и Западной

13 Консульство и консулы Латвии в Витебске

не первое иностранное представительство в Советской Беларуси. За год до

того в феврале 1924 г. в Минске появилось генеральное консульское пред-

ставительство Польской Республики. Как сообщала пресса, находилось

оно на улице Советской в помещениях отеля «Рояль»20.

Резиденция латвийского консула в Витебске размещалась в историче-

ском районе Задвинье (Задзвінне) по улице Нижне-Петровской дом 29.

Здесь находились домашний и служебный адреса латвийского консула, т.е.

проживал он в том же здании, где и выполнял свои обязанности21.

В границах современного Витебска можно лишь приблизительно

определить, где находилось здание с консульством. В результате военных

и послевоенных разрушений и реконструкций Задвинье сильно изменило

свой внешний вид. Тем не менее, трассировка бывшей Нижне-Петровской

улицы полностью совпадает с современной улицей Комсомольской, кроме

южного участка, застроенного корпусами станкостроительного завода

«Вистан». Интересно, что на Комсомольской сегодня есть довоенный дом

под номером 29, но к консульству он не имеет никакого отношения – после

переименования нумерация зданий на улице была изменена.

Фрагмент плана г. Витебска (1922 г.) с улицей Нижне-Петровской (ГАВО. Ф. 907. Оп. 5. Д. 1. Л. 3)

Согласно сообщениям известного витебского краеведа Инны Абрамо-

вой, здание с адресом Нижне-Петровская 29 находилось рядом с совре-

менными домами по улице Кирова 12 либо 14 на пересечении с улицей

Беларуси. Это убедительно показала II-я конференция белорусских национальных организаций в Праге,

признавшая Минск руководящим центром белорусского национального движения и заявившая о пре-

кращении борьбы против большевиков. Однако вопрос о других уездах (Гомельском, Речицком, трёх

уездах Витебской губернии) тогда решён не был.

14 М. Королёв, Э. Екабсонс

Комсомольской. До наших дней оно не сохранилось. В 1920-е гг. Вокзаль-

ная улица (современная Кирова) имела в ширину 10–12 м. В результате по-

слевоенных реконструкций она была расширена более чем в 5 раз (до 66

м), создав целый бульвар. Таким образом, тихое место на Нижне-

Петровской улице, где ранее находилась резиденция, сегодня оказалось на

углу оживлённого перекрёстка улицы Кирова22.

Современный вид перекрёстка ул. Кирова и ул. Комсомольской г. Витебска.

Где-то на этом месте находилось здание с Консульством. Фото Р. Воронова

Консульством был заключён договор с городским коммунотделом на

сдачу помещения в арендное пользование. Стоимость аренды варьирова-

лась, исходя из действующих тарифов. Так, например, в первой половине

1926 г. она составляла 5 рублей в месяц23.

Следует отметить, что для местных властей открытие консульского

представительства Латвийской Республики создавало дополнительные

трудности, о чём свидетельствует сохранившийся объём переписки за ап-

рель–июль 1925 г. между Секретариатом Витебского окрисполкома (ОИК)

и Народным комиссариатом внутренних дел (НКВД), а также Управлением

Уполномоченного Народного комиссариата иностранных дел (НКИД)

СССР при Правительстве БССР. Внутренняя жизнь советского общества

того времени определялась целым рядом фактором, многие из которых

противоречили друг другу. С одной стороны, сильны были мессианские

15 Консульство и консулы Латвии в Витебске

настроения (мировая революция, победа коммунизма и т.п.), большевики

прилагали значительные усилия, чтобы показать правильность и прогрес-

сивность советского строя в глазах мирового сообщества, в том числе, по-

средством развития национальных меньшинств, создания образцовых по-

казательных хозяйств и т.п. (так называемый «принцип Пьемонт»). Но с

другой стороны, широко процветала ксенофобия, подозрительность ко

всему иностранному, хоть как связанному с капиталистическим миром24. В

этой связи местные власти желали получить максимально точные ин-

струкции, как им следует себя вести во взаимоотношениях с консулом и

консульством (контакты, переписка, полномочия и т.д.). Центральные ор-

ганы также стремились минимизировать промахи, а потому посылали в

Витебск разнообразные разъяснения и инструкции. Примечательно, что

своё отражение здесь нашла и политика белорусизации – в печатную ин-

струкцию «О порядке регистрации сотрудников Иностранных Представи-

тельств в БССР» от руки было дописано, что штамп о регистрации Секре-

тариатом Окрисполкома сотрудников консульства, а также анкеты для них

должны быть заказаны на белорусском языке25.

ПОЛОЖЕНИЕ СОТРУДНИКОВ ЛАТВИЙСКОГО КОНСУЛЬСТВА В ВИТЕБСКЕ

Назначение консула в БССР требовало утверждения в Управлении

Уполномоченного НКИД СССР при Правительстве БССР, после которого

назначенец получал экзекватуру – документ, удостоверяющий признание

его правительством принимающей стороны и дающий разрешение на ис-

полнение им консульских функций26. В Витебске регистрация сотрудников

иностранных представительств производилась секретариатом окрисполко-

ма с наложением на документы консульских работников штампа следую-

щего содержания: «Явлен в Секретариат Витебского Окрисполкома и заре-

гистрирован за № …, Витебск … 192.. г.» за подписью секретаря окрис-

полкома. При совершении этой процедуры ОИК руководствовался отно-

шением Управления Уполномоченного НКИД СССР при Правительстве

БССР (далее – Управление Уполномоченного) от 8 июля 1925 г., правила-

ми НКВД от 10 октября 1924 г., а также разъяснением НКВД БССР «О по-

рядке регистрации сотрудников Иностранных Представительств в БССР»

от 15 июля 1925 г.27

Отметка о регистрации была действительна только в течении двух ме-

сяцев, по истечении которых требовалось её возобновление. В случае вы-

бытия консульского работника более чем на два месяца по ходатайству со-

ответствующего иностранного представительства Управление Уполномо-

16 М. Королёв, Э. Екабсонс

ченного могло сделать отметку на более долгий срок, но не превышающий

6 месяцев28. Впоследствии эти сроки будут увеличены соответственно до 3

месяцев и 1 года.

Ежемесячно по состоянию на 1 число Консульство было обязано

предоставлять в секретариат окрисполкома информацию о личном составе

персонала, а также своевременно сообщать о всех происходящих измене-

ниях29. Секретариат, в свою очередь, ежемесячно должен был подавать

сведения о личном составе Консульства в Управление Уполномоченного.

Отметим, что подобная норма создавала значительной объём избыточной

переписки, что вскоре осознали и работники Витебского ОИКа. С апреля

1927 г. они решили не подавать сведения в Минск, если никаких измене-

ний в личном составе Консульства не происходило. Однако реакция

Управления Уполномоченного последовала вскоре с требованием о предо-

ставлении сведений30. В июле 1927 г. Секретариат Витебского ОИКа с

предоставлением сведений отправил запрос об упрощении переписки по

данному вопросу31. К сожалению, имеющиеся в нашем распоряжении до-

кументы не позволяют судить, как это было в итоге разрешено.

Согласно принятым нормам, лица, принадлежащие к иностранному

дипломатическому и консульскому корпусу в БССР, а также их жёны и

несовершеннолетние дети получали соответствующие карточки от прото-

кольной части НКИД и освобождались от прописки32.

Основной задачей Консула, исходя из норм международного права,

было наблюдение за тем, чтобы местные власти выполняли обязательства

договоров, заключённых между его государством и страной пребывания, а

также соблюдали в отношении его сограждан международные обычаи и

местные законы, определяющие права и обязанности иностранцев. Консул

был призван защищать личные и имущественные права и интересы своих

соотечественников. При нарушении этих прав и интересов он был вправе

требовать от местных властей прекращения нарушений, соблюдения меж-

дународных договоров и обычаев и возмещения нанесённого ущерба.

Наряду с этим Консул нёс и обязанности административного характе-

ра. Так, например, вёл учёт граждан своего государства, находящихся в

данном консульском округе, выдавал своим соотечественникам паспорта и

другие документы личного характера, вёл акты гражданского состояния

этих лиц, выдавал последним, а также иностранцам, визы на въезд в пре-

делы представляемого им государства.

В своей деятельности Консул в Витебске имел право сношения по

всем делам с соответствующими учреждениями в пределах Витебского

округа через административный отдел окрисполкома г. Витебска. По де-

лам, касающимся остальной части территории БССР – посредством Упол-

номоченного НКИД при Правительстве БССР33. Как уже отмечалось выше,

17 Консульство и консулы Латвии в Витебске

в вопросах переписки с Консульством местные власти не проявляли пол-

ной самостоятельности. Копии всей входящей и исходящей корреспонден-

ции посылались в Управление Уполномоченного и для ответа на посту-

павшие запросы зачастую запрашивали санкцию оттуда или же из НКВД34.

Консульские работники, а также члены их семей, освобождались от

личных и натуральных повинностей (как местных, так и общегосудар-

ственных).

Консул не мог быть подвергнут личному задержанию иначе как по

постановлению суда в исполнение состоявшегося судебного приговора.

Предварительное взятие под стражу было возможным лишь в случае воз-

буждения судебного преследования за деяния, подсудные Верховному су-

ду СССР и входящих в его состав республик. При этом дипломаты не под-

лежали советскому суду за неправильное исполнение своих должностных

обязанностей.

Консульская канцелярия и архив (в случае их содержания отдельно от

личного имущества и переписки Консула) не могли подвергнуться обыску

и осмотру без согласия Консула.

Сотрудники иностранных диппредставительств без дипломатического

звания подразделялись на четыре вида:

1) сотрудники-иностранные граждане, прибывшие на службу из-за

границы (о них необходимо было сообщать в течении 48 часов с момента

приезда и направлять документы для регистрации);

2) сотрудники-иностранные граждане, проживающие в БССР (в дан-

ном случае в Управление Уполномоченного для регистрации вместе с

национальными паспортами отправлялись и их виды на жительство);

3) сотрудники-оптанты (для регистрации вместо паспортов отправля-

ли оптационные свидетельства, при этом регистрация не могла превышать

сроков, указанных в них, продление допускалось лишь в особых случаях и

с согласия НКВД);

4) сотрудники-граждане БССР/СССР (для регистрации в качестве та-

ковых препровождали удостоверение личности и заполненные анкеты)35.

Все они подлежали прописке на общих основаниях.

Как уже отмечалось выше, работа иностранных представительств в

советском государстве, в котором всё отчётливее проявлялись признаки

тоталитаризма, вызывала сильные подозрения относительно шпионской и

антисоветской деятельности. Следует отметить, что эти подозрения не бы-

ли на 100% безосновательными. Как и СССР через свои дипломатические

представительства в зарубежных государствах стремился собирать инфор-

мацию о происходящих в тех странах процессах, так и иностранные госу-

дарства вели подобную работу в СССР. Заметим, что для них в условиях

отсутствия свободы слова и прессы в стране рабочих и крестьян сообще-

18 М. Королёв, Э. Екабсонс

ния из дипмиссий были единственным достоверным источником инфор-

мации о ситуации внутри Советского Союза. Стремясь не допустить этого,

все государственные органы максимально ограничивали возможности ди-

пломатов и консульских работников. Касалось это не только опосредован-

ного и неполного получения ответов на отправляемые письменные запро-

сы, но и вообще почтовой коммуникации с посольством в Москве и прави-

тельством в Латвии (например, консульство только два раза в месяц могло

высылать правительственную корреспонденцию). Объединённое государ-

ственное политическое управление (ОГПУ) вело не только скрытое, но и

явное наблюдение за сотрудниками дипмиссий и консульств с целью пси-

хологического давления на последних, устанавливало прослушку телефо-

нов, вербовало сотрудников посольств и консульств, а порой устраивало

провокации. Всё это создавало те особые условия, с которыми могли

столкнуться только в СССР, а потому сюда старались посылать наиболее

опытных и морально устойчивых работников. Среди этих условий была и

необходимость проживания всех сотрудников (иностранных граждан) в

здании представительства. Это значительно ограничивало возможность

социальных контактов, которые замыкались на малом коллективе и посе-

тителях, что также оказывало давление на психику36.

Таким образом, правовое положение сотрудников Консульства Лат-

вийской Республики в Витебске в межвоенные годы регламентировалось, с

одной стороны, нормами международного права и советско-латвийскими

договорами, а с другой – нормативно-правовыми документами Народного

комиссариата по иностранным делам и Народного комиссариата внутрен-

них дел. К иностранным сотрудникам представительств относились с по-

дозрением, стремясь максимально ограничить их от контактов с советски-

ми гражданами, а потому во взаимоотношениях с Консульством местные

витебские власти делали большую оглядку на центральные органы управ-

ления37 (в первую очередь, НКИД и НКВД).

ЭРНЕСТ ГИРГЕНСОНС И ПЕРВЫЙ ГОД РАБОТЫ КОНСУЛЬСТВА

Эрнест Гиргенсонс (Ernests Girgensons) родился в 1891 г. в Риге.

Учился на факультете торговли Рижского политехнического института

(RPI), но с началом Первой мировой войны был мобилизован в царскую

армию. В 1916 г. его воинское подразделение было переброшено во Фран-

цию на помощь союзникам России по Антанте. Там за заслуги Э. Гирген-

сонс был награждён Орденом Почётного легиона. На Парижской мирной

конференции 1919 г. работал военным атташе латвийской делегации. За

19 Консульство и консулы Латвии в Витебске

личностные способности был замечен Министерством иностранных дел

Латвии и призван на дипломатическую службу38. С июня 1920 г. работал

вторым секретарём посольства во Франции. С октября 1921 г. по февраль

1922 г. – первым секретарём МИДа Балтийских государств. Первым руко-

водящим назначением для Э. Гиргенсонса стал Витебск39.

1925 год для города на Двине не был богат на события. Всего год как

он был передан БССР. В этом году в Витебске начал курсировать первый

регулярный автобусный маршрут. Был организован коммунальный трест,

что значительно упорядочило работу городского трамвая. Также в конце

1925 г. начал работу Витебский окружной суд, который обслуживал терри-

торию Витебского, Оршанского и Полоцкого округов. В самом разгаре

была новая экономическая политика, экономика страны восстанавливалась

после затяжного военного периода, качество жизни населения улучшалось.

Но с другой стороны, всё отчётливее проявлялись кардинальные противо-

речия между экономической жизнью, которая развивалась на основе пре-

имущественно демократической новой экономической политики, и обще-

ственно-политической системой государства, которая приобретала всё бо-

лее авторитарный характер. Именно в этом направлении политическое

развитие страны формировали однопартийная система, возрастающая цен-

трализация в управлении общественно-политической, идеологической и

культурной сферами40. Очень скоро латвийский дипломат на личном опыте

ощутил особенности жизни советского общества и работы в его среде.

Привокзальная площадь г. Витебска. Фото 1925 г. (ВОКМ)

20 М. Королёв, Э. Екабсонс

Заметка в ви-

тебской газете «Заря

Запада» № 116 (24

мая 1925 г.). С. 5.

Штат Консульства Латвийской Республики в Витебске был неболь-

шой. Кроме собственно консула, прибывшего 28 марта 1925 г., здесь рабо-

тали Гермина Апман (приехала 30 мая 1925 г.) в качестве секретаря Кон-

сульства и Паулина Линынь (приехала 3 июля 1925 г.) в качестве прислу-

ги41.

Фото из анкетных листов Э. Гиргенсонса, П. Линынь и Г. Апман (ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 150, 151, 327)

Хотя период массовой оптации уже практически завершился, дел у

консула было достаточно. Многие обращались касательно возможностей

изыскания своего имущества и его возвращения в Латвию. Были и обра-

щения с просьбой о защите перед преследованиями со стороны местных

властей. Правда, возможности дипломатов как-то повлиять на ситуацию в

стране Советов были крайне ограничены. В качестве примера можно при-

вести историю с Александром Григоловским.

28 августа 1925 г. содержащийся под стражей при Витебском окруж-

ном исправдоме латвийский подданный Александр-Фёдор Адольфович

Григоловский написал письмо консулу, в которым сообщал, что через че-

21 Консульство и консулы Латвии в Витебске

тыре дня подлежит высылке на 3 года на остров Соловки по постановле-

нию ГПУ СССР, а потому просит консула о личной встрече и принятии

последним мер для изменения приговора и возвращении его с женой в

пределы Латвийской Республики42.

К сожалению, мы не имеем возможности проследить за предприняты-

ми Э. Гиргенсонсом действиями, посещал ли он осуждённого в исправдо-

ме. Однако, исходя из сохранившейся в архиве переписки по этому вопро-

су, можно предположить, что некая активность имела место и, возможно,

несколько задержала высылку упомянутого Григоловского.

Так, 16 сентября (со ссылкой на письмо от 5.09.1925) Консульство

Латвийской Республики в Витебске отправляет официальный запрос о ха-

рактере преступления своего гражданина в Витебский окрисполком. По-

следний, естественно, запросил в НКВД о наличии препятствий для ответа

по существу. Ответ был санкционирован43. Витебский ОИК сообщил, что

А.-Ф.А. Григоловский осуждён на 3 года заключения в концентрационном

лагере за систематические преступления, совершённые с 1922 г. в районах

приграничной полосы и Витебского округа44. Из приведённых статей уго-

ловного кодекса можно заключить, что Григоловскому вменялись наруше-

ния при пересечении границы, контрабандный провоз товара (в виде про-

мысла), а также неповиновение властям и побег из-под стражи45. 17 сен-

тября он был снят с учёта в Витебском ОИК по причине высылки в г. Кемь

(Карелия)46.

Решал консул и иные социальные вопросы. Так, Беларусь никогда не

имела выхода к морю. Однако морской воздух издавна славился своими

целебными свойствами, а потому многие сами либо по назначению врачей

стремились провести на взморье некоторое время. С обретением странами

Прибалтики независимости для жителей советского государства отдых и

лечение на Балтийском море стали крайне затруднительны. Тем не менее

латвийские власти были заинтересованы к привлечению людей на свои ку-

рорты. Уже в июле 1925 г. Консульство в Витебске заключило соглашение

с местным врачом Ульрихом о медицинском освидетельствовании граждан

БССР, едущих на лечение на Рижское взморье47. Правда, мы не обладаем

данными, чтобы определить, какое число советских граждан воспользова-

лись данной возможностью.

Значительный объём переписки между Консульством и Витебским

окрисполкомом касался запросов о гражданском состоянии латышских

подданных (тем более, что большинство дореволюционных церковных

метрических книг теперь находились у светских властей)48.

21 сентября 1925 г. Э. Гиргенсонс был вызван в Ригу, чтобы предоста-

вить первый доклад о работе Консульства в Витебске и общей ситуации в

Советской Беларуси49.

22 М. Королёв, Э. Екабсонс

Необходимость каждые три месяца продлять регистрацию националь-

ного паспорта (своего и сотрудников) вызывало недовольство консула.

Тем более, что нередко пребывающие на территории БССР латвийские

граждане забывали вовремя это сделать, что влекло за собой конфликты с

властью. В конце октября 1925 г. Э. Гиргенсонс лично явился в секретари-

ат Витебского ОИК и выразил своё неудовлетворение существующим по-

ложением вещей, сославшись на условия советско-латвийского договора и

тот факт, что советские граждане в Латвии могли проживать сколь угодно

времени. Этот визит обеспокоил советских чиновников, которые в этот же

день с пометками «совершенно секретно» и «срочно» направили запрос в

иностранный отдел НКВД БССР о правомерности своих действий50. При-

шедший ответ успокоил местные власти и утвердил в правильности заня-

той линии. И хотя там содержалось напоминание, что ОИК имеет право

продлять паспорта сроком до 1 года, витебский секретариат продолжил

практику трёхмесячного продления.

Местные советские работники (наряду с ОГПУ) старались следить за

всей активностью, прямо либо косвенно связанной с консульством. Ещё до

официального открытия представительства делопроизводитель инстолаI

Кононович в своём рапорте уполномоченному ИРОII Витокротдела ГПУ

Белоруссии писал, что необходимо вести контроль за гражданами получа-

ющими заграничные паспорта и иностранные визы вплоть до пересечения

последними границы. Это необходимо, так как высока вероятность, что

граждане, «обивающие пороги иностранных миссий», могут использовать-

ся теми для шпионажа51.

О том, какой надзор существовал непосредственно за Консульством

Латвийской Республики, красноречиво свидетельствует служебная записка

всё того же Кононовича, направленная Уполномоченному Контрразведы-

вательного отдела 27 ноября 1925 г. (стиль сохранён):

«Ноября 26-го дня. С пакетом от Консульства явился курьер, о кото-

ром сообщалось. В разговоре с последним выяснено следующее: что он

является сыном дворника того дома, где проживает Консул, что он у него

на службе не состоит, а отец его за каждую отдельную услугу получает от

него вознаграждения. Выяснить фамилию курьера не удалось, но послед-

ний заявил, что он Консульства не посещает, а его отец иногда бывает там,

но при той или иной необходимости – выполнения поручений их вызыва-

ют через посредство Секретаря или прислуги Консульства. Упомянутый

курьер носит кожаные перчатки, очевидно подаренные Консулом, так как

I Иностранный стол (инстол) – подразделение при исполнительных комитетах в 1920-е гг., которое зани-

малось вопросами иностранцев, беженцев и нелегалов, находящихся на подведомственной им террито-

рии.

II Информационно-регистрационный отдел ‒ одно из особых подразделений ГПУ.

23 Консульство и консулы Латвии в Витебске

они выглядят не российского производства, но в беседе последний отрица-

ет получение их от Консульства и указывает, что эти перчатки приобрете-

ны им ещё до войны»52.

С открытием Консульства в Витебске советские власти усилили

надзор и за латышскими колониями, коих в БССР было более 50. Так, к

примеру, на одном из заседаний латышского бюро Бобруйского окружкома

КП(б)Б подчёркивалось, что при последующих выездах в Октябрьскую ко-

лонию попутно с общей работой секции необходимо в секретном порядке

вести систематическую работу по выявлению возможных связей жителей с

латвийским консулом53.

Однако, несмотря на все эти трудности, работу Консульства в Витеб-

ске удалось наладить. В отчёте за 1925 г. Министерство иностранных дел

Латвии оценило факт открытия представительства в БССР как достижение,

отмечая, что «местные органы Советской власти пошли навстречу консу-

лу, поэтому его деятельность протекает вполне нормально»54.

Летом 1927 г. Э. Гиргенсонс был переведён на должность советника в

Посольство Латвийской Республики в СССР. На его место в Витебск был

назначен один из выдающихся латвийских дипломатов межвоенного пери-

ода – Герман Пунга.

ГЕРМАН ПУНГА

В июле 1927 г. в Витебск приехал новый глава Консульства Латвий-

ской Республики – Герман Пунга. Личность безусловно незаурядная, равно

как и время, которое связало этого человека с белорусской землёй. Именно

поэтому его жизненному пути мы уделим особое внимание55.

Герман Пунга (Hermanis Otto Punga) родился в 1877 г. в Лиепае. В

1895–1896 гг. участвовал в создании первого рабочего клуба в родном го-

роде. В 1896 г. он переехал в Ригу, где работал техническим работником в

редакции газеты «Dienas Lapa» («Ежедневный листок»). В 1898 г. вступил

в Российскую социал-демократическую рабочую партию. Из-за обвинений

в принадлежности к «новому течению» («Jaunā Strāva»I) и опасности аре-

I «Новое течение» – идейно-политическое движение в Латвии в конце XIX в., объединившее молодую,

демократически ориентированную латышскую интеллигенцию, в руководство которого выдвинулись

Янис Плиекшанс (Райнис), Петерис Стучка, Яннис Янсонс-Браунс, Микелис Валтерс. Новотеченцы

группировались главным образом вокруг газеты «Dienas Lapa» (1886–1897) и легальных обществ. Своей

первоочередной задачей они считали пропаганду современных социально-политических идей, которые

отвечали реальной социально-экономической ситуации в Латвии. Характерно, что новотеченцы как бы

вернулись в европейскую интеллектуальную среду и черпали свои идеи из богатой духовной сокровищ-

ницы Европы. Они сплотились в своего рода культурную оппозицию старым ценностям и традициям,

пытались искать связи с внешним миром и европеизировать духовную жизнь. «Новое течение» было

нацелено на самообразование и развитие самосознания, пропаганду положительных идей и знаний, но-

24 М. Королёв, Э. Екабсонс

ста он эмигрировал в Великобританию, где вместе с Фридрихом Весмани-

сомI основал первую латвийскую типографию за границей. Там издавалась

газета «Latviešu Strādnieku» («Латвийский рабочий»), а позже –

«Sociāldemokrātu» («Социал-демократ»).

В Англии Герман Пунга знакомится с

Владимиром Григорьевичем Чертковым

(1854–1936), русским аристократом, близ-

ким другом и секретарём Л.Н. Толстого,

издателем его произведений, сосланным

царскими властями за помощь «духобо-

рам» – приверженцам учения «духовных

христиан», на которых начались гонения

ещё в середине XIX в. Впоследствии В.Г.

Чертков познакомит Г. Пунгу с семьёй ве-

ликого русского писателя, с которой у не-

го завяжутся тёплые отношения. Л.Н.

Толстой оказал определённую поддержку

латышскому другу. Г. Пунга хранил доб-

рую память о Л.Н. Толстом – на его пись-

менном столе всегда стояла фигурка писа-

теля из чёрного камня с серебряной пла-

стиной, на которой красовалась дарствен-

ная надпись: «Дорогому Герману Андре-

евичу Пунге от Льва Толстого».

В лондонском доме В.Г. Черткова латышский революционер встретил

свою будущую жену – Елену Христофоровну. Она была фельдшером,

окончила Бестужевские курсы и работала в семье Чертковых, где Герман

давал уроки сыну В.Г. Черткова Диме.

Г. Пунга активно участвовал в незаконной перевозке литературы по

всему миру. Во время одной из таких поездок в 1902 г. он был схвачен

царскими властями и осуждён на два года тюрьмы (отбывал в Варшаве и

Риге), а затем должен был отбыть восьмилетнюю ссылку в Восточной Си-

бири. С началом русско-японской войны переведён в Олонецкую губер-

ниюII. Там Г. Пунга пробыл до октября 1905 г., когда в связи с первой рус-

ской революцией была объявлена амнистия. Однако по другим сведениям,

сило ярко выраженный просветительский характер. Левое крыло течения носило ярко выраженный

марксистский характер. В 1897 «Новое течение» было разгромлено царскими властями. I Фридрих Весманис (Frīdrihs Vesmanis, 1875–1941) – латвийский юрист, политик и журналист. Был пер-

вым спикером Латвийского сейма. Работал послом в Великобритании. С приходом советской власти в

Латвию был арестован. Умер в Соликамской тюрьме. II Олонецкая губерния – административная единица Российской губернии с центром в г. Петрозаводске.

Герман Пунга Фото из личного архива В. Дедкова

25 Консульство и консулы Латвии в Витебске

он ещё в сентябре 1904 г. (через четыре месяца после перевода) бежал от-

туда в Англию (по другим источникам – в Австро-Венгрию).

В конце 1905 г. Г. Пунга ненадолго возвратился в Ригу, где работал в

легальных издательствах, однако со спадом революционного движения и

усилением реакции в 1906 г. переехал в Германию, где закончил Ман-

геймский политехнический институт по инженерной специальности. С

этого времени Г. Пунга отошёл от активной революционной деятельности

и в большей степени сосредоточился на проблемах своей семьи. Не без

помощи всё того же В.Г. Черткова молодая пара в 1910 г. перебралась на

Урал, где Г. Пунга стал директором стекольного завода в Богоявленске

(совр. посёлок Красноусольский) Уфимской губернии, который принадле-

жал родственнику В.Г. Черткова Василию Пашкову.

В дневниках о путешествиях по Уралу русского писателя С.Р. Минц-

лова можно найти следующее описание Германа Пунги: «Это очень прият-

ный, румяного здоровья лет 32 человек. Пунга был ярый социал-демократ.

Причём партийный. Теперь директор завода поневоле ведёт экономиче-

скую борьбу с рабочими, хотя и заступается в спорах… Пунга всячески

старается вести дело честно и по отношению к хозяину, и по отношению

к рабочим. И надо сознаться, что нигде служащие и рабочие не поставлены

так хорошо, как у Пашковых»56.

Октябрьский переворот 1917 г. Герман Пунга не принял. В 1918 г. он

переезжает в Верхнеуральск, где выступал переводчикомI при британской

военной миссии. Когда войска адмирала А.В. Колчака отступили под

натиском Красной Армии, отправился в Омск. Он устроился во Всерос-

сийском земском союзе начальником фабрики в Бийске, а с приходом

большевиков – работал инженером в строительном отделе Акмолинского

округа, техническим консультантом союза Продуктовых магазинов Совет-

ской России.

В 1921 г. Герман Пунга возвратился в Латвию. По дороге, в Москве,

он встретился с Петром Стучкой, который, помня совместные годы в «но-

вом течении», предлагал ему остаться в Советской России и занять долж-

ность в системе новой большевистской власти. Однако Г. Пунга отказался,

что привело к окончательному разрыву с латышскими большевиками. В

Латвии, благодаря своему инженерному образованию и административно-

му опыту, Герман Пунга получил назначение директором департамента по

организации работ в Министерстве труда. В мае 1923 г. могла начаться ди-

пломатическая карьера Г. Пунги – он должен был быть направлен совет-

ником посольства в СССР. Однако из-за открытых антибольшевистских

I Герман Пунга в общей сложности владел латышским, русским, английским, немецким и польским язы-

ками.

26 М. Королёв, Э. Екабсонс

взглядов, которые Г. Пунга излагал в своих статьях в прессеI, советская

сторона его не приняла57. Уже 8 июня 1923 г. Г. Пунга получил портфель

министра финансов в правительстве Зигфрида Анны МейеровицаII. На этой

должности он пробыл до отставки кабинета 26 января 1924 г. Следующие

несколько лет Г. Пунга работал инженером по постройкам льноперераба-

тывающих заводов в Латвии.

В июле 1927 г. Г. Пунга получил назначение консулом в Витебск. Так

как исполнение консульских функций в меньшей степени касалось непо-

средственных политических вопросов, советская сторона дала согласие

принять его в таком качестве.

TEMPORA MUTANTUR (ВРЕМЕНА МЕНЯЮТСЯ)

Годы исполнения Г. Пунгой консульских обязанностей в Витебске

пришлись на переломный период свёртывания новой экономической поли-

тики и перехода к форсированным индустриализации и коллективизации.

С одной стороны, максимальные плоды принесла политика белорусизации,

которая подразумевала широкие права национальных меньшинств на раз-

витие своей культуры. В БССР в это время работало 17 латышских школ,

несколько латышских клубов, функционировали избы-читальни, было

сформировано 5 национальных латышских сельских советов. Выделялись

национальные квоты для поступления в средние специальные и высшие

учебные заведения58. Всё это в значительной мере консолидировало латы-

шей и позволяло сохранять национальную культуру и самосознание. Сле-

дует отметить, что и в соседней Смоленщине латышское население имело

10 национальных школ, клуб, театр, 5 национальных латышских сельсове-

тов59.

С другой стороны, именно в это время большевики нанесли сокруши-

тельный удар по деревне, практически уничтожив крестьянина-труженика

как социальный вид. Ликвидировались оставшиеся к этому времени рели-

гиозные общины. Новый импульс приобрела милитаризация общества. Со-

ветский Союз всё более усваивал черты тоталитарного государства. На

фоне обострившихся противоречий развернулся новый виток массовых

репрессий.

I В качестве примеров приводились статьи Г. Пунги в газете «Darba Balsī» (печатном органе Латвийской

социал-демократической рабочей партии меньшевиков). II Зигфрид Анна Мейеровиц (Zigfrīds Anna Meierovics, 1887–1925) – латвийский государственный дея-

тель, первый министр иностранных дел независимой Латвийской Республики, дважды становился прези-

дентом министров (премьер-министром) Латвии. 22 августа 1925 г. погиб в автомобильной катастрофе

недалеко от Тукумса.

27 Консульство и консулы Латвии в Витебске

В начале осени к Герману Пунге в Витебск приехала его жена Елена60,

которая помогала дипломату переносить обозначенные выше тяготы, свя-

занные с работой в Советском Союзе. Отметим, что как консул Г. Пунга

получал 380 лат (по существующему курсу, менее 150 советских рублей61).

Вскоре в личном составе Консульства произошли ещё изменения: на место

убывшей Гермины Апман 24 ноября 1927 г. прибыл Роберт Штульс62.

Кроме постоянных трёх сотрудников (консула, секретаря и вольнонаёмно-

го ассистента) были ещё два частично занятых человека, выполняющих

обязанности курьера (для вручения официальных бумаг) и дворника.

Одной из главных проблем, с которыми столкнулся Г. Пунга в Витеб-

ске, стала помощь латышским крестьянам. В своих сообщениях в Латвий-

ский МИД консул писал, что до 1928 г. положение латышей-колонистов

было терпимое. Во многом это связывалось с аграрной политикой, прово-

димой народным комиссаром земледелия БССР Д.Ф. ПрищеповымI. Одна-

ко переход к форсированной коллективизации изменил ситуацию. Налоги

на единоличные хозяйства поднялись (несмотря на неурожай 1927 г.) и для

многих стали непосильными. В таких условиях наметилась чёткая тенден-

ция в росте попыток крестьян любой ценой превратиться из «кулака» в

«бедняка», что было замечено латвийским дипломатом. Свидетельством

этого стала массовая распродажа мельниц, скота и сельского инвентаря. В

результате к 1929 г. ни в одном латышском хозяйстве не осталось больше,

чем по 2–3 коровы и только по одному коню63.

25–27 ноября 1929 г. в Минске прошёл конгресс латышских крестьян

и рабочих, который принял решение коллективизировать латышские хо-

зяйства в 100%-ом объёме. Г. Пунга отмечал, что почти все участники это-

го конгресса были членами КП(б)Б и большая их часть не имела ничего

общего с деревней, но несмотря на это, они выступали от имени латыш-

ского крестьянства. Последнее же, особенно в Витебском и Полоцком

округах, а также в близкой к Беларуси Смоленской области, было против

коллективных хозяйств. В результате у них отобрали и передали колхозам

лучшие земли, на которых разместили «бедняков» (белорусов, русских, ев-

реев и городских безработных, большая часть которых до этого никогда не

была занята в сельском хозяйстве). Консул отмечал, что положение ла-

тышского крестьянства стало невыносимым, самые богатые не только по-

I Дмитрий Филимонович Прищепов (1896–1940) – народный комиссар земледелия БССР (1924–1929 гг.),

одновременно с 1929 г. – заместитель Председателя Госплана БССР. Сторонник новой экономической

политики в деревне. Проводил в 1920-х гг. аграрную политику под лозунгом «Беларусь – красная

Дания», суть которой состояла в свободе выбора крестьянами форм землепользования, размещении

крестьянских хозяйств на хуторах. Арестован ОГПУ БССР в 1930 г. по т.н. делу «Союза освобождения

Беларуси». Осужден на 10 лет исправительно-трудовых лагерей. Освобожден в июне 1937 г. Через

полтора месяца повторно арестован в Магадане. В 1939 г. этапирован в Минск и приговорён к расстрелу.

Умер в тюремной больнице Минска. Реабилитирован.

28 М. Королёв, Э. Екабсонс

теряли свои хозяйства, но даже были заключены в тюрьмах, сосланы на

Соловки, в Сибирь и т.п.64 Ему приходилось наблюдать жуткие сцены от-

правки ссыльных с вокзала. В своих сообщениях в Ригу Г. Пунга приводил

их описание: «Латышских и польских крестьян ссылали в отдельных эше-

лонах: можно было узнать направление эшелона, но не конечный пункт

следования. Когда эшелоны отбывали, происходили события кричащего

бесправия: мужей отделяли от жён, подростков от родителей, были случаи,

когда маленьких детей до трёх лет разлучали от матерей и размещали в

детских приютах»65.I

В результате Консульство в Витебске почти ежедневно стали посе-

щать депутации из различных латышских колоний с просьбами к прави-

тельству Латвии предоставить им возможность переехать на этническую

родину. Г. Пунга тщетно пытался убедить их в невозможности этого меро-

приятия в условиях завершения периода оптации.

Особое внимание привлекли делегации от латышских крестьян Моги-

лёвщины и Смоленщины, которые явились в Консульство 10 и 11 декабря

1929 г. Пришедшие апеллировали к примеру немцев-колонистов, которые

сорганизовались и двинулись из Поволжья и Сибири на Москву с требова-

нием переселить их в Германию66. Они заявляли, что раз немецкому пра-

вительству удалось добиться выпуска своих собратьев по национальности

из России, то и латвийское правительство могло бы этого достичь. Более

осведомлённый в ситуации Г. Пунга старался объяснить, что фактически

только незначительная часть получила разрешение на выезд. Однако ла-

тыши-делегаты возражали, что тогда и им нужно поступать аналогично,

т.е. подняться и ехать в Москву за выездными визамиII. Они обратились с

просьбой к консулу передать через правительство Латвии их просьбу в Ли-

I Некоторые советские чиновники также приходили в замешательство при виде высылок. Так, например,

сотрудник Витебского РИКа Мацкевич описывал картину погрузки следующим образом (март 1930 г.):

«Высшей степени удручающее впечатление производила картина посадки кулаков в вагоны, эти малень-

кие дети, приглашённые точно на убой, стоят и дрожат от холода и страха. Высохшие, испуганные лица

женщин с засохшими слезами на щеках, хранят гробовое молчание, слышны только вздохи, тихий плач

взрослых и маленьких детей, в общем, на всех лицах написано тихое гробовое безразличие, что казалось

для них безразлично или красный стоящий эшелон или тёмная холодная могила. Страшно, страшно про-

водились такие операции, нервные люди не могут этого переносить» (ГАВО. Ф. 10051. Оп. 1. Д. 747. Л.

237.). II О том, насколько известным и резонансным был поступок немцев-колонистов, говорят и документы

Государственного архива Витебской области. Так, Иван Иванович Какит, индивидуально обложенный,

деревня Большая Выдрея (Высочанский район Витебский округ), в разговоре с индивидуально

обложенным деревни Заборье Выдрейского сельсовета Николаем Зверевым, говорил: “Я 240 рублей

заплатил налогу, 120 рублей самообложения, страховку и другие платежи, хлеб весь отдал, жита даже не

хватило на отдачу. Вот хорошо сделали немцы колонисты Поволжья, Сибири, Крыма. Они все

организованным порядком двинулись на Москву, в Германию, как евреи из плена Египетского под

управлением Моисея. В Москве их не пропускают. Они говорят, зачем вы нас мучаете, отпустите нас и

не мучайте. Потом в Москве правительство говорит между собой: «Как это мы не уследили, дали так

организоваться?» Вот и нам, латышам надо двинуться в Латвию, как немцы двинулись. Если Латвия не

примет, через Латвию дальше поехать в Америку” (ГАВО. Ф. 10051. Оп. 1. Д. 747. Л. 95).

29 Консульство и консулы Латвии в Витебске

гу Наций в Женеве, добавив, что по их сведениям, министр иностранных

дел Латвии А. БалодисI там достаточно популярен, поэтому ему наверняка

удалось бы достичь «освобождения латышей Беларуси от власти коммуни-

стов». В конце концов делегаты ушли с обещанием подать в Консульство

просьбу к Лиге Наций, подписанную латышскими колонистами. Неуслы-

шанными остались замечания Г. Пунги о бессмысленности этого шага, а

также убеждения о возможной опасности им самим, которая грозила за та-

кой шаг в условиях СССР.

Однако данная проблема волновала консула. 21 декабря 1929 г. на

вокзале он говорил с проезжавшим через Витебск посланником Латвии в

СССР Янисом Сескисом о возможности поднятия в Лиге Наций вопроса о

возможности выезда латышских крестьян из советского государства и

предоставлении им международных кредитов (в виду неспособности Лат-

вии экономически поддержать всех переселенцев). Об этом разговоре по-

сланник оперативно проинформировал правительство в Риге67.

Весной 1930 г. Консульство навестили и латышские колонисты из

Уфимской и Поволжской губерний (этот факт, с одной стороны, свиде-

тельствует о роли латвийских представительств в СССР, а с другой, отра-

жает масштаб начавшегося движения среди латышского населения совет-

ского государства). Пришедшие сообщили Г. Пунге, что в последнее время

латышских крестьян перестали пускать в города, на некоторых железных

дорогах в этих губерниях организованы так называемые «заградительные»

(защитные) пунктыII, где проверяли документы пассажиров и тех, кто име-

ли латышские и немецкие фамилии, просто высаживали из поездов. Так,

например, такие пункты были организованы на линии железной дороги

Самара–Златоуст и на станции Раевка. Кроме того уже даже при покупке

билета гражданам с латышскими и немецкими фамилиями категорически

отказывали в продаже68.

Следует отметить, что опасения Г. Пунги о судьбе посетителей Кон-

сульства не была надуманной. ОГПУ зорко следило за всеми, кто входил и

выходил в дом на Нижне-Петровской 29. Многие практически сразу аре-

стовывались. Так, например, в латышской колонии Грудиновка Могилёв-

ского округа были арестованы около 30 латышей-соискателей въезда в

Латвию, которых допрашивали о том, кто был инициатором эмиграции69.

Однако коллективизация приобретала всё более безжалостный и устраша-

ющий характер, а потому единственной надеждой для латышских крестьян

I Антонс Балодис (Antons Balodis, 1880–1942) – латвийский политический деятель, дипломат. За участие

в революции 1905 г. заочно был приговорён к смертной казни. В 1924–1928 гг. работал послом Латвии в

Литве. В 1928–1930 гг. – министр иностранных дел. Арестован советскими властями в 1941 г., умер в

исправительных лагерях Соликамска. II Подобные пункты были организованы со времени, когда немецкие колонисты во время движения за

репатриацию скопились в Москве.

30 М. Королёв, Э. Екабсонс

стало возвращение в Латвию. Г. Пунга докладывал премьер-министру 12

февраля 1930 г, что в начавшимся году в Консульство уже было подано

150 прошений от взрослых (не считая детей) о разрешении на въезд в Лат-

вию. При этом он подчёркивал, что просьбы подают только те, кому уда-

лось собрать деньги на покрытие расходов на разрешение на выезд и за-

граничный паспорт (с «лишенцев» советские власти за заграничный пас-

порт требовали 330 червонцевI с человека старше 16 лет). Деньги необхо-

димо было отдать сразу при подаче заявления без какой-либо гарантии на

получение паспорта70. Спустя два месяца в очередном сообщении прави-

тельству Латвии Г. Пунга констатировал, что из 212 взрослых латышских

колонистов, которые начиная с 1 декабря 1929 г. подали в консульство

прошения на въезд в Латвию, ещё ни один не получил разрешения на вы-

езд от белорусских учреждений71. По консульским данным за 1930 г. Со-

ветский Союз запретил 378 своим гражданам выехать за границу, тогда как

Латвия отказала только 20 из 441 прошений на въезд, которые были пода-

ны в Консульство в Витебске72.

8 апреля 1930 г. в Консульство пришёл латышский колонист Карлис

Крастыньш (Kārlis Krastiņš) из Могилёвского округа вместе со своим сы-

ном Эдуардом, котором удалось сбежать из ссылки в Северный край (Ар-

хангельщина). Жена К. Крастыня с малолетними детьми была сослана дру-

гим эшелоном. Они рассказали Г. Пунге, что, когда эшелон прибыл в Ар-

хангельск, происходило деление ссыльных. Женщин с детьми и стариками,

которые не были работоспособны, размещали в ранее закрытые церкви из-

за недостатка мест. Работоспособных мужчин заставляли идти пешком на

работы в лес за 200 км. Многим латышам, в том числе и Крастыням, по до-

роге удалось бежать. В конце полного мучений пути им удалость дойти до

Витебска, откуда пошли на своё прежнее место жительства в Могилёвский

округ, чтобы добыть денег и тогда пытаться тайно перейти границу с Лат-

вией (семье Крастыня было выдано разрешение от Министерства внутрен-

них дел на въезд в Латвию на постоянное место жительства). Сбежавшие

рассказали, что в Архангельске и окрестностях каждый день умирает и хо-

ронят десятки сосланных «кулаков», особенно женщин и детей. Катастро-

фически не хватает продуктов и цены очень высокие. Фунт чёрного хлеба

в Архангельске стоил 50 копеек (1,3 лата), масло – 5 рублей (13 лат). Мяса

совсем нет. В пути те за небольшую буханку хлеба платили 5 рублей (13

лат)II.

I Для сравнения: государство «брало» хлеб по 80 коп. за пуд, в это же время на рынке он стоил от 1 до 6

руб., а весной 1930 г. его цена за пуд повысилась до 8–12 руб. Зарплата учителя в деревне составляла 33–

50 руб., в городе – 40–90 руб. Технический персонал получал 13–18 руб. в месяц (ГАВО. Ф. 10051. Оп. 1.

Д. 603. Л. 262). Также это было более, чем двухмесячная зарплата латвийского консула! II Для сравнения: в Витебске на 28 августа 1930 г. буханка ржаного хлеба на частном рынке стоила 38

копеек, в кооперации – 10 копеек. В среднем по 8-ми окружным городам БССР на 1 августа 1930 г. кило-

31 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Жесткое преследование советскими властями за связи с заграницей и

иностранцами помноженное на фактическое закрытие границ перед свои-

ми гражданами постепенно привели латышских крестьян к осознанию

полной обречённости перед большевистской государственной машиной.

Во второй половине 1930 г. посещаемость Консульства резко упала. Одно-

временно у представительства возникли непреодолимые трудности во вру-

чении судебных повесток из Латвии гражданам СССР, так как последние,

несмотря на множественные приглашения Консульства, просто боялись

его посещать73.

Кроме бедствий крестьянства консулу пришлось наблюдать и за пол-

ным разгромом лютеранских общин. После ареста в ноябре 1929 г. в Смо-

ленске пастора Густава Швальбе (Gustavs Švalbe) всем церковным старей-

шинам и дьяконам лютеранских общин было предупреждение, что если те

продолжат исполнять свою службу, то будут высланы из БССР. Большая

часть подчинилась этому требованию, что означало полную ликвидацию

латышских лютеранских общин74. Усугублялось это и всё возрастающими

налогами на содержание религиозных зданий. После закрытия лютеран-

ской церкви в Витебске был арестован и сослан в Сибирь один из членов

правления общины, который вскоре там и умер, не выдержав все ужасы и

страшный голод в Сибири. Несколько других членов правления после до-

проса в ОГПУ пропали без вести (по господствующему мнению, они рас-

стреляны)75.

Ещё со времён знакомства с Л.Н. Толстым у Г. Пунги начали завязы-

ваться связи с русской интеллигенцией. В Витебске он познакомился с

родными русского художника И.Е. Репина, которые после выезда послед-

него в финские Пенаты остались в его усадьбе Здравнёво под Витебском.

Когда И.Е. Репин отказался вернуться в СССР судьба его родственников

была незавидной, они всё время находились под угрозой выселения как

«бывшие помещики»76. В отчаянии они обратились к латвийскому консу-

лу. Тот за собственные деньги оказывал им помощь, в том числе матери-

альную, лично вывозил письма к И.Е. Репину, чтобы те не были перехва-

чены НКВД. Так, в начале 1930 г. художник получил от дочери Т.И. Репи-

ной-Язевой такие вести: «Папуля, дорогой, пишу вам из Латвийского кон-

сульства, они переправят это письмо не почтой, и потому я могу написать

всё открыто. Герман Андреевич Пунга – латвийский консул здесь в Витеб-

ске – сейчас так поддержал меня, обещая уведомить вас… я плачу от сча-

стья, что нашли защиту»77. Действительно, 15 февраля 1930 г. датировано

грамм масла стоил на частном рынке 12,21 рубля (в кооперации – 2,60 руб.), килограмм курицы на част-

ном рынке – 6,76 руб. (данные по: Спецсводка № 28 ИНФО ОГПУ о перебоях в снабжении промрайонов

и городов. 5 октября 1930 г. // Центральный архив Федеральной службы безопасности Ф. 2. Оп. 8. Д. 674.

Л. 364–375).

32 М. Королёв, Э. Екабсонс

письмо Г. Пунги к И.Е. Репину в Пенаты: «Многоуважаемый Илья Ефимо-

вич, прилагаю при сём письмо вашей дочери Татьяны Ильиничны, жизнь

которой сейчас незавидная. Я очень рад, что она попала ко мне и по мере

возможности окажу ей помощь и содействие… Не беспокойтесь за Ваших,

буду держать с ними связь…»78.

Рассматривался вопрос о выезде через территорию Латвии родных

художника для воссоединения с И.Е. Репиным в Финляндии, но советская

сторона всячески затягивала этот процесс.

Усадьба И.Е. Репина в Здравнёво. Фото 1929 г. (ВОКМ)

Угроза депортации Репиных-Дьяконовых постепенно рассеялась, но в

конце мая 1930 г. местные власти, всё же отказали им в эмиграции. Г. Пун-

га после этого советовал Т.Н. Дьяконовой (внучке И.Е. Репина) съездить в

Москву: «Ясно, что местная Г.П.У. находит неудобным выпустить Вашу

семью, а московские власти, не будучи против разрешения на выезд, всё

же категорически на этом не настояли. Поэтому надо ещё раз обратиться к

центральной власти. Это тем более необходимо, что на днях местный сель-

совет постановил восстановить членов Вашей семьи в правах, то есть вер-

нуто право голоса и они теперь уже не «лишенцы» и им теперь уже не

угрожает высылка из Беларуси»79. В конце концов, в начале августа 1930 г.

33 Консульство и консулы Латвии в Витебске

родственники И.Е. Репина под Ленинградом смогли пересечь советско-

финскую границу и семья воссоединилась.

34 М. Королёв, Э. Екабсонс

Письмо консула Г. Пунги И. Репину от 15 февраля 1930 г. (НБА РАХ, ф.25, оп.1, ед.хр.403, л.1)

Деятельность Консульства по исполнению гражданских сделок и вы-

даче виз в 1928–1930 гг. представлена в следующей таблице80:

выдано виз совершено сделок доход

1928 г. нет данных 792 10 974,73 лат

1929 г. 28 405 4 856 лат

1930 г. 43 624 8 546,5 лат

Консульство продолжало предпринимать попытки по защите имуще-

ства латвийских граждан, которое осталось в БССР, однако ощутимых ре-

зультатов протесты по поводу его национализации не приносили. В боль-

шинстве случаев решение по спорным вопросам умышленно всячески за-

тягивалось советскими органами81. Подобная ситуация была и с запросами

латвийских граждан о судьбе своих родственников в СССР – местные вла-

сти категорически отказались давать какую-либо информацию про своего

гражданина.

35 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Несмотря на всю сложность и противоречивость советской действи-

тельности, Консульство всячески пыталось поддерживать уважительные и

конструктивные отношения как с центральными властями в Минске, так и

с местными партийными и советскими чиновниками. Для этого практиче-

ски ежемесячно организовывались пригласительные вечера. Во время этих

встреч Г. Пунга мог пообщаться с представителями власти и узнать их ви-

дение происходящих в советском обществе процессов. Латвийского консу-

ла также приглашали на некоторые мероприятия, призванные продемон-

стрировать передовые достижения рабоче-крестьянского государства и

правильность курса большевистской партии. Так, в сопровождении народ-

ного комиссара иностранных дел СССРI М.М. Литвинова Герман Пунга

посетил в Минске Всебелорусскую выставку сельского хозяйства и про-

мышленности, которая работала с 10 августа по 1 ноября 1930 г. в целях

пропаганды коллективизации (на ней среди прочего были представлены

подворья колхозов национальных меньшинств, включая латышские)82.

Здание бывшего латышского клуба в Витебске, 2015 г. Фото М. Королёва.

Читальня витебского латышского клуба. Фото 1932 г.

(Фотоальбом «Беларусь Савецкая». Менск, 1932. С.87)

Активная деятельность и широкие связи с общественностью Г. Пунги

делали его крайне неудобной фигурой для советского государства. Не до-

бавляли симпатий латвийскому консулу от большевистских властей и ре-

гулярные выступления Г. Пунги в зарубежных СМИ, где он вскрывал не-

достатки государственного и экономического строя в Советском Союзе.

Ещё 7 октября 1930 г. Посланник Латвии в Москве сообщал в Ригу,

что член коллегии Народного комиссариата по иностранным делам

Б.С. СтомоняковII информировал его о нежелательности дальнейшей дея-

I Согласно союзному договору функции представительства советских республик на международной

арене находились в союзном ведении. Так было до 1 февраля 1944 г., когда Верховный Совет СССР при-

нял закон «О предоставлении союзным республикам полномочий в области внешних сношений». II Борис Спиридонович Стомоняков (1882–1940) – советский дипломат болгарского происхождения.

В 1926–1934 – член коллегии НКИД СССР. 5 февраля 1932 г. подписал договор о ненападении между

Латвией и СССР, а 4 декабря 1933 г. – советско-латвийский торговый договор. С 1934 г. – заместитель

36 М. Королёв, Э. Екабсонс

тельности в Советском Союзе Г. Пунги, не называя конкретных причин.

Посланник писал: «Когда я пытался уговорить Стомонякова упомянуть

причины этого, он мне ответил «с нелёгким сердцем» (по выражению са-

мого Б. Стомянкова), что «о причинах я и сам могу догадаться», всё это

было высказано таким тоном, что я не мог не понять, что господин Пунга

как консул в Витебске и вообще в провинции хорошо знает местные усло-

вия и поэтому властям неудобен, нежелателен и, значит, вреден. Я уверен,

что если комиссар мог бы найти что-то незаконное в деятельности Пунги,

то не стыдился бы мне это сказать»83. Герман Пунга был вызван в посоль-

ство в Москву. Там он высказал своё удивление таким поворотом событий,

так как каких-либо стычек либо противостояний с местными учреждения-

ми и органами власти не имел и границы, определяющие полномочия кон-

сула, не преступал.

Тем не менее, в ноябре 1930 г. Г. Пунга был вынужден покинуть

СССР и вернуться в Ригу.

ФАБРИКАЦИЯ ОБВИНЕНИЙ ПРОТИВ КОНСУЛЬСТВА

Одной из формальных причин высылки Г. Пунги было сфабрикован-

ное в 1929 г. дело «о латышском заговоре на Смоленщине». Оно касалось

112 человек: 89 кулаков, 8 служителей религиозного культа, 7 середняков,

6 служащих, 2 кустарей. Из них 60 уроженцев Латвии. 50 были лишены

избирательных прав. Фамилии сотрудников консульства в Витебске

всплывали в показаниях упоминавшегося выше лютеранского пастора

Г. Швалбе и некоторых других фигурантов (о том, как ОГПУ получало эти

показания написано уже много). Копия обвинительного заключения по де-

лу «о латышском заговоре на Смоленщине» (на 54 страницах) имеется в

материалах архивно-следственного дела № 516 от 13 февраля 1941 г. по

обвинению Пунги Германа Андреевича.

Характер доказательной базы дела, правильность и чёткость показа-

ний и признаний его фигурантов позволяют судить о значительной степе-

ни сфабрикованности всех описываемых там событий. С другой стороны,

это показывает, что уже в 1929–1930 гг. органы ОГПУ старались изобли-

чить латвийских консульских работников в контрреволюционной деятель-

ности, чтобы способствовать закрытию представительства, которое самим

своим существованием могло вселять сомнения в умы советских граждан о

правильности происходящих в их стране процессов.

наркома иностранных дел СССР, курировал дальневосточные дела. Арестован 17 декабря 1938 г. При-

знан виновным в шпионаже в пользу Германии, Великобритании и Польши и приговорён к расстрелу.

Казнён 16 октября 1940 г. Реабилитирован.

37 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Большинство «фактов» стали известными из признательных показа-

ний Г. Швальбе. Он признал, что вступил в контакт ещё с первым латвий-

ским консулом в Витебске Э. Гиргенсонсом (по документам дела – Юрген-

сом), который и начал снабжать его инструкциями по ведению антисовет-

ской деятельности. Перед своим отъездом он просил Швальбе поддержи-

вать связь с назначенным консулом Г. Пунгой, что тот и сделал. Для пол-

ноты дела в показаниях фигурировал и секретарь Р. Штульс (по докумен-

там дела – Штул). Таким образом, Консульство Латвийской Республики в

Витебске было представлено как идейный и координирующий центр всей

контрреволюционной деятельности среди латышей в Западной областиI и

БССР.

По следственным материалам, Г. Пунга являлся руководителем

контрреволюционной организации, созданной в Западной области РСФСР

среди кулачества латышской национальности. Своё руководство Пунга

осуществлял посредством пастора Густава Швалбе. По указаниям Пунги,

в состав организации был привлечён 31 человек, они ставили перед собой

задачи противодействовать мероприятиям партии и советской власти

в деревне; готовить кадры и базы для бандитско-повстанческих выступле-

ний в СССР в случае внешних осложнений; вести политический и военный

шпионаж в пользу Латвии84.

Если отбросить полученные в ходе следствия показания обвиняемых,

то в качестве изобличающих улик остаются только сам факт существова-

ния латвийской дипмиссии в Витебске, которую посещали граждане СССР

по различным вопросам, а также латвийские газеты, которые после визи-

тов в Консульство приносили с собой в колонии некоторые крестьяне.

Раскрытый «заговор» продвинул тех, кто им занимался по карьерной

лестнице. Однако в годы «большого террора» многие из этих людей сами

станут жертвами репрессий.

ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ КОНСУЛЬСТВА

Новым консулом в Витебск был определён Фриц Фриденбергс (Fricis

Frīdenbergs). Вначале он всячески пытался сопротивляться назначению на

эту должность. 30 октября 1930 г. Ф. Фриденбергс писал в Министерство

иностранных дел Латвии: «Получил ваше донесение 28 октября с вели-

чайшим удивлением и имею честь заявить следующее. Исходя из своих

I Западная область (1929–1937 гг.) – административно-территориальная единица в РСФСР с центром в

городе Смоленске, включала в качестве основного массива Смоленскую, Брянскую и Калужскую губер-

нии, Ржевский уезд, южную часть Осташковского уезда и Тысяцкую и Борковскую волости Новоторж-

ского уезда Тверской губернии.

38 М. Королёв, Э. Екабсонс

политических убеждений, я, как старый противник большевиков, должен

был бы из-за одних этих побуждений отказаться занять какой-либо пост в

Советской России, так как со времени большевиков как в Таллине, так и в

Риге у меня остались многие враги, и поэтому, несмотря на то, что при та-

ких обстоятельствах не только моя деятельность в Витебске не будет удач-

ной, но и я лично буду в серьёзной небезопасности»85. Однако это не по-

могло, и Ф. Фриденбергс был вынужден выехать в Витебск.

Пока решался этот вопрос обязанности консула были возложены на

Роберта Штульса, который ещё в ноябре 1927 г. заменил Гермину Апман

на должности секретаря Консульства.

Роберт Штульс и Фриц Фриденбергс Фото Latvijas Universitātes Akadēmiskā bibliotēka un Rakstniecības un mūzikas muzejs

Iz262-34-1, Iz262-07-1

Роберт Волдемар Штульс (Roberts Voldemārs Štūls, 1892–1964) родил-

ся 9 ноября в Петербурге. Учился в Петербуржском политехническом ин-

ституте на отделении электромеханики пока в 1916 г. не был призван на

военную службу. В 1918 г. отправился в Ригу, откуда сразу переселился в

Вильнюс, где работал учителем (а позднее директором) частной немецкой

прогимназии. В 1922 г. возвратился в Ригу, работал старшим чиновником

канцелярии в отделении переводчиков Рижской таможни. С июня 1923 г.

принят на работу в Министерство иностранных дел вольнонаёмным чи-

новником в отдел заграничных паспортов. Работал в консульствах в Нью-

Йорке и Осло. С конца 1927 г. временный работник в Консульстве в Ви-

тебске. Во время краткосрочного отсутствия консула многократно испол-

нял его обязанности. В ноябре 1931 г. уволен по собственному желанию86.

Период от выбытия Г. Пунги до приезда Ф. Фриденбергса был для

представительства в Витебске крайне тяжёлым. Количество обращений в

39 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Консульство хоть и уменьшилось, но всё равно было значительным. Р.

Штульс в конце 1930 г. серьёзно заболел брюшным тифом и вынужден

был исполнять консульские обязанности в таком состоянии.

Также в это время отчётливо проявилась нехватка продовольствия,

вызванная последствиями непродуманной политики на деревне, которая

привела к голоду во многих регионах СССР (особенно на Украине). Дабы

получить необходимые продукты, Консульство обращалось в Централь-

ный рабочий кооператив. Так, например, 10 ноября 1930 г. была подана за-

явка на отпуск

«50 кг лучшей бе-

лой муки, 40 кг

простой ржаной

муки, 25 кг сахару

и 600 г чаю»87.

Заявки Консуль-

ства на получение

продуктов (ГАВО.

Ф. 127. Оп. 1. Д. 66.

Л. 145, 482)

Согласно 11 пункту Мирного договора между Советской Россией и

Латвией88 последней должны были быть переданы архивы, вывезенные во

время эвакуации в годы Первой мировой войны. Выполнение этой догово-

рённости затягивалось. Лишь в 1930 г. архивы были привезены в Минск и

подготовлены для передачи Латвии. Посланник в Москве 12 декабря 1930

40 М. Королёв, Э. Екабсонс

г. уполномочил Р. Штульса их принять и отправить в Латвию89. Однако

практически это удалось сделать только в первой половине 1931 г.I 90

В ночь с 15 на 16 марта 1931 г. в Витебск поездом прибыл Ф. Фриден-

бергс.

Фриц Фриденбергс (1871–1933) родился 10 мая в Пунях (Нурмуйж-

ская волость, Талсинский округ) в семье лесничего. С 1889 г. работал де-

лопроизводителем Риго-Орловской железной дороги и в дирекции строи-

тельства. В 1900–1907 гг. был руководителем торгового отдела немецкого

акционерного общества электроприборов «Гелиос» в Ростове-на-Дону и

Тифлисе. Затем работал в Баку, после чего вернулся в Ростов-на-Дону. В

1916–1918 гг. был начальником отделения Всероссийского союза городов

в Ревеле (Таллин). После возвращения в Латвию в 1919 г. устроился в Ми-

нистерство иностранных дел, где работал на разных должностях, пока в

марте 1922 г. не получил назначение консулом в Гамбурге. С января 1931

г. утверждён в должности консула в Витебске.

Советская действительность произвела на него угнетающее впечатле-

ние. Всюду был заметен недостаток и бедность (за исключением внешнего

вида солдат). Люди на улицах и в заведениях казались напряжёнными и

напуганными. Рижская пресса доходила в Витебск с недельным опоздани-

ем. С другой стороны, ощущалась довольно сильная милитаризация обще-

ства. В сообщении в МИД Ф. Фриденбергс писал: «Всюду видны солдат-

ские кружки, целый день, даже поздними вечерами, слышны аэропланы, в

оврагах города слышны выстрелы, а за городом слышны опять же пулемё-

ты и пушки»91. В этой связи переезд после 9 лет проживания в Гамбурге в

Витебск казался для латвийского дипломата весьма радикальным.

Атмосфера подозрительности в советском обществе всё нарастала.

Местные власти всячески показывали свою отягощённость нахождением

иностранного представительства в зоне их ответственности. Проявлялось

это и в том, что Ф. Фриденбергсу около месяца пришлось ждать свою эк-

зекватуру. Телефонная связь с посольством в Москве была плохой, с по-

стоянными помехами (в т.ч. из-за прослушки), а порой и вовсе отсутство-

вала.

Как и его предшественники, Ф. Фриденбергс столкнулся с проблемой

тотального притеснения латышского крестьянства. Здесь латвийским кон-

сулом был отмечен такой факт, что если в самом начале коллективизации

латыши категорически выступали против вступления в колхозы, надеясь

либо на собственные силы, либо на выезд на этническую родину, то те-

I Отметим, что эти архивы переправлялись из Витебска по Западной Двине на больших баржах. Одна из

них, на которой находились документы Двинской (Даугавпилс) городской управы, затонула (Rubina

Enija. Arhīvu reevakuācija no Padomju Krievijas, 1917.–1933.gadā // Latvijas Arhivi. – 2014. – Nr. 1/2. –

22.lpp.).

41 Консульство и консулы Латвии в Витебске

перь, когда эти надежды рухнули под тяжестью налогов на единоличников

и невозможностью получить загранпаспорт, латышское крестьянство вы-

нуждено устремило свои взоры в сторону колхозов. Однако здесь возникла

другая проблема. Так как ранее практически все латышские хозяйства бы-

ли зачислены в разряд кулацких, то теперь им как «кулакам» отказывали в

принятии в колхоз. Консульство усматривало здесь и скрытые причины –

смертность среди ссыльных была высокой, а потому системе требовались

новые «кадры» для деревопереработки, шахт и т.п.92

В первой половине 1931 г. в результате перевыборов в национальные

сельские советы произошли значительные изменения в их составе. Этни-

ческих латышей заменили на русских, белорусов и евреев, т.к. первые про-

являли пассивность в борьбе с кулачеством (читай – с латышским кресть-

янством). Новый состав сельсоветов приступил к исправлению обозначен-

ных партией недостатков. Так, например, в колонии Левантово (Витебский

район) были разграблены все латышские хозяйства и практически все ла-

тыши либо сосланы на принудительные работы на север, Урал или в Си-

бирь, либо трудились в окрестных лесах в БССР93. В колонии Глодника

(Лиозненский район) и близлежащей территории, где проживало около 65

латышских семей, после высылок осталось лишь 7–8 семей94.

Консульские работники могли только наблюдать за происходящим, не

будучи в силах хоть каким образом повлиять на события.

В январе 1932 г. в связи с переименованием улиц в Витебске был из-

менён и официальный адрес Консульства. Та часть улицы Нижне-

Петровской, где находилось представительство, стала именоваться бульва-

ром Комсомольцев, а нумерация домов сохранилась (д. 29)95.

Мировой экономический кризис, который в 1930 г. охватил большую

часть стран, вынуждал Латвию оптимизировать бюджетные расходы. Од-

ним из путей было сокращение числа дипломатических и консульских

представительств. Министерство финансов впервые попыталось вычерк-

нуть расходы на консульства в Витебске, Шанхае и Рио-де-Жанейро ещё в

1930 г., но тогда Министерству иностранных дел удалось спасти ситуацию

и правительство не одобрило этих изменений в бюджете96. Однако в 1932

г. МИД сдался и в апреле 1932 г. Консульство в Витебске прекратило свою

работу. Фриц Фриденбергс был переведён советником в посольство в

Москве. В других местах, где из-за экономии средств консульства были за-

крыты, на их месте образовали почётные консульства, однако на террито-

рии СССР это было невозможно97. Так завершился первый этап деятельно-

сти Консульства Латвийской Республики в Витебске.

Что стало после этого с домом, где размещалось Консульство, допод-

линно не известно. Можно лишь отметить, что в 1935 г. в том здании уже

размещался Детский диспансер98.

42 М. Королёв, Э. Екабсонс

СУДЬБА ЛАТВИЙСКИХ КОНСУЛОВ ПОСЛЕ ВИТЕБСКА

Эрнест Гиргенсонс из Витебска в июле 1927 г. был переведён совет-

ником в посольство в Москве. С 1928 г. работал секретарём в посольстве в

Литве, а затем в дипломатических представительствах в Дании и Бельгии.

После установления в Латвии советской власти с декабря 1940 г. работал

начальником отдела финансов в Народном комиссариате юстиции Латвий-

ской ССР. Но уже 14 июня 1941 г. был арестован. Обвинён в заключении

договоров о поставках оружия с Францией для борьбы с Красной Армией в

1919 г., а также в работе на ответственных должностях, которая способ-

ствовала укреплению «буржуазной фашистской» Латвии. В апреле 1943 г.

приговорён к 10 годам исправительно-трудовых лагерей. В 1948 г. переве-

дён в спецлагерь в Коми АССР. С мая 1951 г. находился в спецпоселении в

Красноярском крае. Амнистирован в октябре 1958 г., после чего смог вер-

нуться в Латвию. Умер 13 ноября 1974 г.99

Герман Пунга в сентябре 1931 г. был назначен руководителем кон-

сульского отдела МИДа. С 1932 г. являлся членом комиссии Латвийского

Олимпийского комитета. С марта 1933 г. по сентябрь 1937 г. исполнял обя-

занности консула в Гамбурге. Если в СССР к Г. Пунге пускали только же-

ну и детей, то в Европу к нему могли приезжать многие друзья и родствен-

ники. Среди гостей была и его племянница Галина Петрова-Матис, кото-

рая оставила воспоминания о своём дяде. Именно в Гамбурге в доме

Г. Пунги она познакомилась со своим мужем – шахматистом В. ПетровымI,

который в консульстве оформлял какие-то документы. Двери дома Г. Пун-

ги были открыты. «Проводили там свои отпуска, отдыхали, приезжала

и гостила молодежь – всех принимали, всех кормили, всех развлекали му-

зеями, концертами, пикниками. Весёлый, шумливый, любящий общество,

всегда бывший в центре внимания, любил Пунга и выпить, и в преферанс

сразиться, да и за дамами поухаживать», – вспоминала Галина Петрова-

Матис100.

Г. Пунга в Германии тесно общался с коллегами-дипломатами, в том

числе и с советским консулом Терлецким, который пригласил однажды

семью Пунги на пришедший в Гамбург советский пароход. Галина Петро-

I Владимир Михайлович Петров (Vladimirs Petrovs, 1908–1943) – латвийский и советский шахматист.

Родился в семье ремесленника. В конце 1920-х гг. – один из сильнейших шахматистов Латвии. В 1930-е

гг. стал выступать в международных турнирах и выдвинулся в число ведущих шахматистов мира (в т.ч.

обыгрывал А. Алехина). Выступал за команду Латвии на семи шахматных олимпиадах. После вхождения

Латвии в СССР получил советское гражданство, ему было присвоено звание мастера спорта. Участвовал

в советских турнирах, в том числе в 12-м чемпионате СССР. После начала войны призван в армию, слу-

жил в штабе 201-й Латышской стрелковой дивизии, а затем был отозван в Москву для работы в ТАСС.

31 августа 1942 был арестован по доносу, приговорён к 10 годам лагерей. Скончался в ГУЛАГе, отбывая

срок. Реабилитирован.

43 Консульство и консулы Латвии в Витебске

ва-Матис знала тогда о СССР по фильмам, которые шли в рижских сине-

матографах, и по журналам и газетам, издаваемым в Латвии и за границей.

Слышала о беспризорных, о голоде, о нищете, о коммунальных квартирах.

Каково же было её удивление, когда она попала на большой великолепный

корабль: «Чистота изумительная. Команда прекрасно одетая, подтянутая.

Блюда сменялись блюдами, и чего там только не было! Мне лично Терлец-

кий подарил книгу «Как закалялась сталь» Н.А. Островского. Это была

первая книга из Советского Союза, которую я прочитала. Я была под

большим впечатлением от всего увиденного и, будучи совершенно неис-

кушённым в политике юным существом, всё принимала за чистую монету

и говорила, что теперь я совсем другого мнения буду о Советском Союзе,

а Пунга на мой высказанный восторг только иронически улыбался.

Не верил, видимо, всей этой показухе»101.

Г. Пунга относился к нацистскому режиму крайне отрицательно, рез-

ко высказывался, а потому в целях личной безопасности просил о переводе

из Германии. Просьбу удовлетворили и назначили Г. Пунгу секретарём в

посольство в Лондоне. Однако состояние его здоровья стало резко ухуд-

шаться, прогрессировал склероз. В 1939 г. он был освобождён от служеб-

ных обязанностей из-за болезни. После оккупации Латвии Красной Арми-

ей и установления советской власти в феврале 1941 г. Г. Пунга был аресто-

ван. Основой для выдвижения обвинения против него послужило упоми-

навшееся выше дело о «латышском заговоре на Смоленщине». Однако по-

лучить признательные показания и устроить громкий процесс не получи-

лось. Больной, частично парализованный, Г. Пунга умер 12 апреля 1941 г.

в тюремной больнице в Риге102.

Роберт Штульс в 1934 г. был назначен помощником секретаря в По-

чётном консульстве г. Лодзь (Польша), а с марта 1938 г. – его временным

руководителем. После закрытия Консульства в августе 1938 г. переведён

помощником секретаря в Почётное консульство в Стокгольм. После уста-

новления власти большевиков в Латвии с октября 1940 г. работал в Народ-

ном комиссариате финансов. С 1944 г. как беженец перебрался в Германию

вслед за отступающей армией. В 1951 г. переехал в США, работал учите-

лем французского языка в средней школе для девушек в Филадельфии. С

1958 г. жил в Сиэтле. Умер 27 февраля 1964 г. в г. Нойштадт (ФРГ)103.

Фриц Фриденбергс в январе 1931 г. был назначен консулом в Ленин-

граде. С начала августа 1933 г. занимал должность руководителя Консуль-

ского отдела в Министерстве иностранных дел. Умер 23 августа 1933 г.

44 М. Королёв, Э. Екабсонс

ЭТАП ВТОРОЙ: СОВРЕМЕННЫЙ

ВОЗОБНОВЛЕНИЕ РАБОТЫ КОНСУЛЬСТВА ЛАТВИЙСКОЙ РЕСПУБЛИКИ В ВИТЕБСКЕ

16 декабря 1991 г. председателями Верховных Советов Республики

Беларусь и Латвийской Республики С. Шушкевичем и А. Горбуновым бы-

ла подписана Декларация о принципах добрососедских отношений между

Республикой Беларусь и Латвийской Республикой, которая положила

начало двусторонним межгосударственным отношениям наших стран.

Протоколом от 7 апреля 1992 г. между Республикой Беларусь и Латвий-

ской Республикой были установлены дипломатические отношения, в связи

с чем в 1993 г. оба государства обменялись послами. Первым Чрезвычай-

ным и полномочным послом Латвийской Республики в Республике Бела-

русь стал Янис Ловникс (Jānis Lovniks).

24 марта 1994 г. в Витебске открывается (а точнее, возобновляет рабо-

ту) Консульство Латвийской Республики. Следует отметить, что подгото-

вительная работа началась ещё в октябре 1993 г. Для работы консульское

представительство получило помещения в здании современной Витебской

областной филармонии на площади Ленина (ул. Ленина 69). Большим со-

бытием для прессы это не стало. Например, «Витебский курьер» ограни-

чился размещением небольшого анонса104.

Здание Витебской областной филармонии, 2014 г. Фото Р. Воронова.

Заметка в газете «Витебский курьер» от 25 марта 1994 г.

45 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Возглавил Консульство в Витебске Арманд Крузе. Вначале он был в

должности вице-консула, а с 1997 г. назначен консулом.

Арманд Крузе (Armands Krūze) родился в 1959 г. в Риге. Во время

службы в армии познакомился со своей будущей женой, уроженкой Ви-

тебской области, с которой в 1985 г. переехал в Витебск. Здесь будущий

дипломат работал на радиотехническом заводе, где прошёл путь от элек-

трика до начальника цеха. Предложение стать консульским работником

поступило после обращения в Посольство Латвийской Республики в Мин-

ске за визой. Стажировался А. Крузе в Министерстве иностранных дел

Латвии, был аттестован и весной 1994 г. получил уведомление о назначе-

нии в Министерстве иностранных дел Республики Беларусь105.

Согласно современному международному праву, консульство – это

орган внешних отношений государства, учреждённый на территории дру-

гого государства (с согласия последнего) для выполнения определённых

функций. Район деятельности консула и местопребывания консульства

определяются соглашением между обоими государствами. Права, приви-

легии и иммунитет консульства включают:

право пользоваться флагом и гербом своего государства;

неприкосновенность помещения;

освобождение от налогов;

неприкосновенность консульских архивов;

свободу отношений консульства со своим правительством, дипло-

матическим представительством, другими консульствами своего

государства, где бы они ни находились, с использованием средств

связи, шифров, дипломатических и консульских курьеров.

В то время, как посольство занимается, в первую очередь, решением

политических вопросов (переговоры, сбор информации о стране пребыва-

ния), консульство осуществляет контакты с местными властями, занимает-

ся обслуживанием граждан, решением их проблем в рамках законодатель-

ства и оформлением документов (визы, паспорта, нотариальные докумен-

ты, справки и др.).

Основной деятельностью латвийского Консульства в Витебске явля-

лось оформление виз жителям Витебской и Могилёвской областей для

въезда на территорию Латвийской Республики, оформление документов на

выезд на постоянное место жительства в Латвию, а также постановка на

консульский учёт граждан Латвии. Так, за первый год работы Консульства

было выдано около 3 000 виз, оформлено документов на выезд на постоян-

ное место жительство в Латвии для 50 человек и принято на консульский

учёт 32 гражданина Латвии. Также за первый год деятельности созданы

архив, видеоархив, литературная картотека, т.е. вся информационная

структура, которая положена консульскому представительству106.

46 М. Королёв, Э. Екабсонс

С 30 сентября по 1 октября 1995 г. в Латвийской Республике проходи-

ли выборы в 6-ой Сейм. Граждане Латвии, проживающие на территории

Витебской и Могилёвской областей, также могли принять участие в выбо-

рах, благодаря созданию избирательного участка в помещении Консуль-

ства107.

Значимым начинанием Консульства в Витебске стала организация

празднования Дней культуры Латвии, которые ежегодно проводятся по

настоящее время. Первый раз они проходили 2–4 июня 1994 г. Торже-

ственное открытие Дней культуры Латвии состоялось в Белорусском госу-

дарственном академическом театре имени Якуба Коласа, а затем праздно-

вания продолжились на берегу р. Западная Двина108. В рамках мероприя-

тий было возложение цветов к памятному знаку матери известного латыш-

ского культурного и политического деятеля Яниса Райниса, которая похо-

ронена на Старо-Семёновском кладбище в ВитебскеI.

В 1995 г. празднование Дней культуры Латвии в Витебске проходило

с 8 по 10 июня. Среди гостей прибыли мэры городов Резекне и Дау-

гавпилс, представители промышленных предприятий и творческие коллек-

тивы из Латвии. 9 июня открылась промышленная выставка, а параллельно

с ней в здании Витебского областного краеведческого музея состоялась

выставка живописи и керамики латышских мастеров. В Витебском город-

ском музыкальном училище прошёл концерт учащихся музыкального кол-

леджа г. Резекне, а в кинотеатре «Спартак» – презентация фильма «Дитя

Человеческое» латышского режиссёра Яниса Стрейча. В завершение

празднований 10 июня участники посетили Святую Мессу в костёле Св.

Барбары и познакомились с достопримечательностями города109.

В свою очередь, в Резекне и окрестностях в конце апреля 1995 г. при

поддержке Консульства Латвийской Республики в Витебске, отмечались

дни Витебска. Среди мероприятий прошла презентация продукции фирм

«Марко» и «Евромедиа», белорусские и латвийские бизнесмены подписали

ряд договоров о сотрудничестве110.

Также при поддержке Консульства проходили встречи представите-

лей белорусских и латвийских органов местного самоуправления. Напри-

мер, в октябре 1995 г. в Витебск приезжала на 3 дня делегация работников

культуры города Даугавпилса. В дальнейшем эти встречи станут регуляр-

ными.

Ещё одной стороной работы дипмиссии была поддержка спортивно-

туристического сотрудничества между Витебской областью и Латвией.

Так, в этот период для участников спортивных и культурных мероприятий,

проходивших на территории Латвийской Республики, визы выдавались

I Точное место могилы неизвестно. У центрального входа на старую часть кладбища установлен в её

честь памятный знак.

47 Консульство и консулы Латвии в Витебске

бесплатно. В 1994 г. в Витебске проходил открытый Чемпионат Республи-

ки Беларусь по боксу, в котором участвовала и сборная Латвии. В мае 1996

г. в Витебске прошла представительная международная туристическая яр-

марка. Её целью, среди прочего, было привлечение белорусов в некогда

обжитые курорты на побережье Балтийского моря. Латвийская делегация

была одной из самых многочисленных, а курировал её лично Арманд Кру-

зе111.

С момента открытия Консульства в Витебске неоднократно подни-

мался вопрос экономического сотрудничества между Витебщиной и Лат-

вийской Республикой. В рамках его развития предполагалось, что в Витеб-

ске будет построен Латвийский торговый дом, а в Резекне – Белорусский

торговый дом. Данный проект обсуждался на уровне руководителей этих

городов-партнёров при посредничестве консула. Однако задумка так и не

была реализована.

В августе 1996 г. наконец-то был решён вопрос с подобающим стату-

су размещением Консульства. Оно переехало из областной филармонии в

собственное здание по ул. Богдана Хмельницкого 27а, ранее занимаемое

детским садом № 36, что вызвало недовольство родителей. Впоследствии

конфликт был исчерпан реконструкцией дошкольного учреждения в со-

седнем доме, а также тем, что часть из суммы в $56 000, выплаченной Лат-

вией за новую резиденцию, пошла на ремонт детсада по ул. Офицерской112.

Во время церемонии открытия 5 августа 1996 г. председатель Витебского

горисполкома Михаил Григорьев отметил, что поиск отдельного здания в

центре города, которое бы соответствовало стандартам консульских

служб, было проблемой для Витебска, так сильно потерпевшего в годы

Второй мировой войны113.

Здание Консульства ЛР в Витебске, 2014 г. Фото Р. Воронова

48 М. Королёв, Э. Екабсонс

В новом здании Консульства ещё шёл ремонт, а 7 августа, через два дня

после церемонии, оно уже начало работу с гражданами. И продолжает её

по сей день.

Таким образом, можно сказать, что в период с марта 1994 г. по 1996 г.

Консульство Латвийской Республики возобновило полноценную работу в

Витебске. Кроме решения визовых вопросов оно развернуло обширную

деятельность по социально-экономическому и культурному сотрудниче-

ству между Латвией и Витебщиной.

ЛАТЫШСКАЯ ВОСКРЕСНАЯ ШКОЛАI

16 октября 1994 г. по инициативе А. Крузе при Консульстве была от-

крыта Латышская воскресная школа114. На тот момент в мире существова-

ло только три подобные школы – в Москве при Посольстве Латвийской

Республики в Российской Федерации, латышская гимназия в Мюнстере

(Германия) и в Витебске. Для придания школе юридического статуса в Бе-

ларуси по согласованию с Витебским облисполкомом она была зареги-

стрирована как кружок при Витебском областном объединении по органи-

зации внешкольной работы с детьми и подростками Управления образова-

ния Витебского областного исполнительного комитета.

Основной целью работы школы

было объединение представителей ла-

тышской диаспоры на Витебщине. Про-

грамма Латышской воскресной школы

представляла собой модифицированный

вариант, разработанный на основе ти-

повых программ, утверждённых Мини-

стерством образования Латвии. В школе

было налажено преподавание латыш-

ского языка, изучались история и куль-

тура Латвии, традиции латышского

народа. Для многостороннего представ-

ления латышского историко-

культурного наследия в программу

школы были включены такие предметы

как геральдика и национальная симво-

лика (включая национальный костюм),

латышский фольклор и пение, флори-

стика, мифология. Для совершенство-

I Автор выражает благодарность госпоже Виктории Шпак за помощь в подготовке данного материала.

Консул Арманд Крузе и первый

директор ЛВШ Виктория Шпак

(фото из личного архива В. Шпак)

49 Консульство и консулы Латвии в Витебске

вания практических навыков по латышскому языку учащиеся школы еже-

годно выезжали в Латвию, где посещали различные учебные заведения,

музеи Латвии, участвовали в летних лагерях.

Много сил в организацию работы школы вложила её первый директор

Виктория Шпак. Изначально воскресную школу посещало около 7 человек

– детей сотрудников КонсульстваI. К преподаванию привлекались по сов-

местительству работники консульского представительства. Постепенно

число учащихся начало расти. Больше всего их было в 1997 г. – около 35

человек (не только из Витебска, но и области). Это были как потомки эт-

нических латышей, так и дети тех, кто некоторое время жил в Латвии и со-

хранил ностальгические воспоминания об этой стране и том периоде. Воз-

раст учащихся колебался от 7 до 14 лет. Финансирование позволяло при-

глашать и квалифицированных педагогов из Латвии для работы в школе.

Не забывала школа и родителей, которые привлекались к организации

и проведению латышских праздников, образовательных экскурсий и т.п.

Многие из них были активными членами созданного в 1995 г. обществен-

ного объединения «Союз латышей Витебской области “Даугава”». Сами

учащиеся школы являлись непосредственными участниками многих куль-

турных мероприятий, проводимых Консульством Латвии в Витебске. Это,

среди прочего, позволяло детям чувствовать свою полезность и значи-

мость, развивало ответственность и чувство гордости за Латвию. Таким

образом, можно сказать, что к этому времени школа стала реальным цен-

тром, консолидирующим латышскую диаспору Витебщины. Её деятель-

ность была отмечена Президентом Республики Беларусь А.Г. Лукашенко в

интервью латвийской газете «Панорама Латвии»

Постепенно латышской воскресной школе в Витебске удалось нала-

дить тесную связь с Министерством образования Латвии, Белорусской

воскресной школой в Даугавпилсе, Генеральным Консульством Республи-

ки Беларусь в Даугавпилсе, обществом «Беларусь – Латвия». Результатом

этого были совместные проекты и мероприятия.

Однако со временем работа школы стала угасать. Причин этому было

много. С одной стороны, повлияла нехватка финансирования и техниче-

ского обеспечения. Также постепенно МИД Латвии перешёл к общей

практике назначения на работу в дипломатические и консульские предста-

вительства граждан своей страны, что несколько отдалило изначальный

актив от Консульства. В школе происходила смена руководства и коллек-

тива, что всегда на некоторое время замедляет работу. Но, по нашему мне-

нию, основной причиной была малочисленность латышской диаспоры Ви-

I В первое время латвийский МИД привлекал для работы в Консульстве местных жителей, которые вла-

дели латышским языком и имели отношение к латышской диаспоре. Следует помнить, что и сам консул

А. Крузе ранее жил и работал в Витебске.

50 М. Королёв, Э. Екабсонс

тебщины, что не могло обеспечивать постоянную наполняемость школы.

Некоторые уехали семьями во второй половине 1990-х гг. в Латвию, неко-

торые не считали нужным развивать у своих детей национальные тради-

ции. Так, в 2005 г. в латышской воскресной школе работало три педагога и

обучалось чуть меньше 20 детей115. Однако в 2008 г. школа окончательно

приостановила свою деятельность. Тем не менее, можно утверждать, что

на протяжении более 10 лет латышская воскресная школа была консоли-

дирующим центром латышской культуры в Витебске.

КОНСУЛЫ ЛАТВИИ В СОВРЕМЕННОЙ БЕЛАРУСИ

Арманд Крузе за несколько лет поставил работу Консульства Латвий-

ской Республики в Витебске на уровень солидных представительств. По-

средничеством Консульства были заключены многочисленные договора о

сотрудничестве между белорусскими и латвийскими органами местного

самоуправления (особенно Витебщины и Латгалии), между различными

субъектами хозяйствования, а более всего – между культурно-

просветительными организациями наших двух стран. Одновременно Кон-

сульство выступало своеобразным информационным центром, который

знакомил белорусов с возможностями отдыха в Латвии, а также происхо-

дящими там мероприятиями. Кроме проведения ставших традиционными

Дней культуры Латвии Консульство выступало со организатором разнооб-

разных выставок и презентаций. Все последующие хозяева резиденции на

Б. Хмельницкого 27а укрепляли и развивали связи, что сложились между

белорусскими и латвийскими бизнесменами, управленцами, художниками,

музейщиками, исследователями.

Следует отметить, что А. Крузе на сегодняшний день дольше всех

пробыл в должности консула в Витебске (около 6 лет). В июле 2000 г. он

был отозван в Ригу и переведён в резерв Министерства иностранных дел

Латвии. Некоторое время работал помощником мэра Риги.

Новым руководителем Консульства в Витебске стала Инесе Кина

(Inese Kīna). Она родилась в Риге, окончила экономический факультет

Латвийского университета, а уже находясь в должности консула в Витеб-

ске – юридический факультет (заочно) того же университета. Работала

около десяти лет экономистом в Институте неорганической химии в Риге.

Затем перешла в штат Министерства благоустройства, а потом – в МИД.

Консульскую карьеру начала в должности вице-консула в Москве116.

В июне-июле 2001 г. проходила научная экспедиция по древнему пути

викингов, организованная латвийскими и шведскими исследователями. На

деревянном корабле «Aifur», который представлял собой реконструкцию

51 Консульство и консулы Латвии в Витебске

средневекового корабля викингов, было совершено путешествие по Запад-

ной Двине-Даугаве от белорусского Суража до Риги. 13 июня участников

экспедиции принимали в Витебске. В том числе их встречала и консул И.

Кина.

В сентябре 2003 г. в Латвии проходил референдум о вступлении стра-

ны в Европейский Союз. Консульство оказывало информационную под-

держку этого события для граждан Латвии, находящихся на территории

консульского округа, а также организовало голосование в своём помеще-

нии для тех, кто не мог этого сделать на территории Латвийской Республи-

ки.

В августе 2004 г. резиденция на ул. Б. Хмельницкого 27а вновь полу-

чила новую хозяйку. Ею стала Иманта Вингре (Imanta Vingre). Она окон-

чила Латвийский университет по специальности филология. Работала в

фундаментальной библиотеке при Академии наук Латвии, а затем в инсти-

туте повышения квалификации медицинских работников. В 1994 г. пришла

в Министерство иностранных дел Латвии, работала в консульском отделе.

Как и её предшественница, И. Вингре до назначения в Витебск была вице-

консулом в Посольстве Латвийской Республики в Москве117. На её время

нахождения в должности пришёлся большой объём «невидимой» для ши-

рокой общественности работы, связанный с принятием законодательства

Европейского Союза и построения всей деятельности Консульства в этом

русле.

Спустя два года, в августе 2006 г., во главе Консульства в Витебске

вновь встал мужчина – Валерийс Зубко (Valērijs Zubko). Он родился в 1947

г. в Риге. Окончил Рижский политехнический институт. С 1993 г. перешёл

на консульскую работу. Был создателем и первым руководителем Кон-

сульства Латвийской Республики в Пскове (Россия). До назначения в Ви-

тебск являлся работником консульского департамента МИДа Латвии.

Во время исполнения обязанностей консула В. Зубко произошло

единственное резонансное нападение на представительство Латвии. В ночь

с 15 на 16 марта 2007 г. последователи российской Национал-

большевистской партииI бросили со стороны двора на территорию кон-

сульства бутылку с синей краской и около 40 листовок, в которых содер-

жались требования прекратить угнетение русскоязычного населения в

I Национал-большевистская партия – российская общественно-политическая организация, не имеющая

официального статуса партии, зарегистрированная в качестве юридического лица в 1993 г., ликвидиро-

ванная решением суда в 2005 г. и запрещённая в 2007 г. решением суда как экстремистская организация.

Согласно программе (2004), «главная цель Национал-большевистской партии – превращение России в

современное мощное государство, уважаемое другими странами и народами и любимое собственными

гражданами», путём обеспечения свободного развития гражданского общества, независимости СМИ и

защиты национальных интересов русскоязычного населения. В Беларуси имеется несколько незареги-

стрированных национал-большевистских групп.

52 М. Королёв, Э. Екабсонс

Латвии, пересмотреть результаты Великой Отечественной войны, а также

высказывался протест против проведения марша легионеров СС в Риге.

Этот инцидент не привёл к каким-либо повреждениям и никак не отразил-

ся на работе Консульства. Однако его охрана силами Октябрьского РОВД

г. Витебска была временно усилена118.

При В. Зубко Консульство начало выдачу шенгенских виз в связи с

присоединением Латвии с 1 января 2008 г. к Шенгенской зоне.

В январе 2009 г. В. Зубко был отозван в Ригу. Как и почти 80 лет

назад, бюджет Латвии испытывал громадное давление со стороны начав-

шегося в 2008 г. мирового экономического кризиса, переросшего в гло-

бальную рецессию, полностью не преодолённую до сегодняшнего дня. В

этой связи финансирование Министерства иностранных дел сократилось,

что требовало оптимизации расходов. Над Консульством в Витебске

нависла угроза закрытия. Однако если в начале 1930-х гг. его работники

были крайне ограничены в исполнении своих функций и использовались,

преимущественно, как источник информации о советской действительно-

сти, то теперь деятельность Консульства Латвийской Республики стала ин-

тегрированной и неотъемлемой частью повседневности всего Витебского

региона. И это не только связи между людьми, но и многочисленные фо-

румы, выставки, встречи, проекты. Так, например, к этому времени в Ви-

тебской области было заключено 14 соглашений между облисполкомом,

районными и городскими исполкомами и регионами Латвии. С 1998 г. шла

работа в рамках Еврорегиона «Озёрный край»I, объединяющего пригра-

ничные районы Беларуси, Латвии и Литвы. В рамках Еврорегиона с уча-

стием латвийских партнёров было реализовано 6 проектов. С 2005 г. Ви-

тебская область совместно с Даугавпилсским районом Латвии и графством

Готланд (Швеция) реализовывала совместный проект в сфере туризма и

культуры «Панорама Двина/Даугава». Практически всем этим начинаниям

в большей или меньшей степени оказывало содействие Консульство Лат-

вии в Витебске. Возможно, и этим апеллировал МИД, обосновывая необ-

ходимость работы определённых своих площадок. Так или иначе, но когда

в июле 2009 г., спустя полгода после отъезда В. Зубко, в город над Двиной

I Начало создания Еврорегиона «Озёрный край» было отмечено подписанием 4 сентября 1998 г. в

Браславе положения о Совете по трансграничному сотрудничеству приграничных районов трёх госу-

дарств. В состав Еврорегиона «Озёрный край» входят: Браславский, Верхнедвинский, Миорский, По-

ставский и Глубокский районы (Беларусь); Даугавпилсский, Краславский, Прейльский и Резекненский

районы, включая города Даугавпилс и Резекне (Латвия); Зарасайский, Игналинский, Утенский и Швен-

ченский районы, включая город Висагинас (Литва). Направления деятельности еврорегиона: простран-

ственное планирование; образование, общественные организации, спорт; социальная сфера; культура;

туризм и защита окружающей среды; развитие экономики, содействие предпринимательству; развитие

инфраструктуры; решение проблем пересечения границ.

53 Консульство и консулы Латвии в Витебске

прибыла новая консул, тучи над резиденцией на Б. Хмельницкого 27а ста-

ли рассеиваться.

Новым руководителем Консульства стала госпожа Маргарита Штэйна

(Margarita Šteina). В 1972 г. она окончила Латвийский университет. С 1994

г. работала в Министерстве иностранных дел Латвии. Дипломатический

опыт приобрела во время работы в Португалии. До назначения в Витебск

трудилась в политическом департаменте двухсторонних отношений, где

курировала вопросы отношения Латвии со всеми государствами Латин-

ской Америки119. Не менее интересным был муж консула – Валдис

Штэйнс. В советское время он работал доцентом на географическом фа-

культете Латвийского университета. В конце 1980-х гг. был одним из со-

здателей Латвийского Народного Фронта. Будучи избранным в латвийский

Верховный Совет и работая в его комиссиях, был соавтором многих осно-

вополагающих документов возрождённой Латвийской Республики. Два-

жды его кандидатура выдвигалась на пост Президента Латвии.

Приоритетом своей работы М. Штэйна сделала содействие в осу-

ществлении культурных и экономических контактов между Латвией и Бе-

ларусью, а в частности – между Латгалией и Придвиньем. Результатом

этого стала подготовка договора о сотрудничестве между Арт-центром

Марка Ротко в Даугавпилсе и Музеем Марка Шагала в Витебске (подписан

в 2013 г.). Ряд выставок прошёл в Витебском областном краеведческом му-

зее, Художественном музее, Музее-усадьбе И.Е. Репина в Здравнёво, По-

лоцком историческом музее. Творческие коллективы из Латвии принимали

участие в проведении Международного фестиваля искусств «Славянский

базар в Витебске», Международного фестиваля народной музыки «Звіняць

цымбалы і гармонік» в Поставах, в праздновании ставших традиционными

Дней Латвии в Витебске.

Большое внимание М. Штэйна уделяла латышскому наследию на бе-

лорусских землях. Путешествуя вместе с мужем по нашей стране, она по-

сетила многие места бывших латышских колоний. Именно М. Штэйна по-

знакомила исследователей с кафедры социально-гуманитарных наук Ви-

тебского государственного медицинского университета с их коллегами-

историками из Латвийского университета. В результате в 2011 г. возник

двухсторонний проект «Латыши и белорусы: вместе сквозь века», в рамках

которого подготовлена и настоящая работа.

Начало 2012 г. ознаменовалось сменой консула в Витебске. Этот пост

заняла молодая и энергичная Дагния Лаце-Ате (Dagnija Lāce-Ate), которая

руководит Консульством по настоящее время. Как и большинство предше-

ственников, она была выпускницей Латвийского университета (магистр

юридических наук, магистр политических наук)120. C 2001 г. принята на

работу в МИД в должности старшего референта. Дипломатическую карье-

54 М. Королёв, Э. Екабсонс

ру начала атташе в Посольстве Латвийской Республики в Берлине (Герма-

ния). 2 января 2012 г. Д. Лаце-Ате вступила в должность консула в Витеб-

ске. Кроме того, она преподаёт ведение переговоров на кафедре междуна-

родных экономических связей экономического факультета Латвийского

университета.

На посту руководителя Консульства Д. Лаце-Ате особое внимание

уделила налаживанию экономических отношений, укреплению социально-

культурных связей, а также развитию туристического потенциала регио-

нов. Так, при её активной поддержке был успешно реализован междуна-

родный проект «Даугавпилс и Витебск: культурное сотрудничество и раз-

витие». На протяжении полутора лет Центр культуры «Витебск» и Центр

латышской культуры Даугавпилса проводили совместные концерты, ма-

стер-классы, народные праздники, обменивались опытом организации мас-

совых мероприятий, знакомились с народными традициями стран-

участниц. Консульство Латвийской Республики выступило организатором

выставок работ Иоганна Кристофа Броце, Юриса Юрьянса, молодых со-

временных художников, музыкальных вечеров «Sveika, mūzika» и многих

других мероприятий121.

В рамках Дней Латвии в ноябре 2013 г. прошла презентация несколь-

ких туристических маршрутов, подготовленных представителями белорус-

ского турбизнеса в сотрудничестве с латвийскими коллегами. Продолжа-

лась реализация международных проектов «Еврорегион “Озёрный край”»

и «Белла–Двина» (Белла–Двина 2).

Развитие инвестиций латвийских бизнесменов в экономику Беларуси

затруднялось последствиями мирового экономического кризиса. Однако

латвийская сторона участвовала в проводимых в Беларуси инвестицион-

ных форумах и проявила интерес к некоторым проектам (например, к вы-

работке биогаза в Браславском районе).

Следует отметить,

что сама консул Д. Лаце-

Ате снискала славу твор-

ческой, яркой, обаятель-

ной личности, что неод-

нократно подчёркивалось

журналистами белорус-

ских СМИ, а также про-

стыми гражданами в

комментариях под мате-

риалами на интернет-

порталах (в большей сте-

пени, на Белорусском Консул Дагния Лаце-Ате. Фото БелТА.

55 Консульство и консулы Латвии в Витебске

портале tut.by и Народных навінах Віцебска news.vitebsk.cc). Ещё со вре-

мени обучения в школе она увлекалась народными танцами. Витебская

публика не раз могла видеть дипломата одетой в национальный костюм на

различных культурных мероприятиях. Одним из наиболее запоминающих-

ся был мастер-класс по плетению купальских венков, который дала Д. Ла-

це-Ате 7 июля 2012 г. во время празднования в витебском парке Мазури-

но122 (Парк им. Советской Армии).

Ещё одним примечательным событием за время руководства Кон-

сульством Д. Лаце-Ате стала реконструкция внешнего вида здания в конце

2014 г. Тогда же была сделана его подсветка, что добавило привлекатель-

ности резиденции на Б. Хмельницкого 27а в вечернее и ночное время.

Учитывая общую практику ротации дипломатических кадров каждые

три года, в 2015 г. ожидается смена руководителя Консульством Латвий-

ской Республики в Витебске.

Здание Консульства ЛР в Витебске, 2015 г. Фото Д. Фомина

ВИЗОВАЯ РАБОТА

Важной сферой деятельности Консульства Латвийской Республики в

Витебске на современном этапе является выдача разрешений иностранным

гражданам для посещения Латвии. Консульский округ изначально охваты-

56 М. Королёв, Э. Екабсонс

вал Витебскую и Могилёвскую области Беларуси. Также в Консульство

могли обращаться граждане Российской Федерации, проживающие на

прилегающей территории (в частности, в Смоленской области). Однако с

открытием визовых центров на территории Российской Федерации заявле-

ния от граждан этой страны стали принимать только в исключительных

случаях. Также согласно постановлению Кабинета министров Латвии с

2007 г. консульский округ был определён исключительно в границах Ви-

тебской области.

В самом начале работы

консульского представитель-

ства частные однократные

визы выдавались за 10 долла-

ров США, многократные

служебные – за $30, транзит-

ные – за $5123.

Однако постепенно, ко-

гда Латвия взяла курс на тес-

ную евроинтеграцию, требо-

вания к получению визы ста-

ли приближаться к тем пра-

вилам, которые предъявля-

лись в рамках Шенгенского соглашения (позднее заменённого Шенген-

ским законодательством Европейского Союза)I. С введением единой евро-

пейской валюты евро расчёты за консульский сбор по рассмотрению заяв-

ления на выдачу визы были переведены с долларов США на евро. В фев-

рале 2004 г. Латвийская Республика вступила в Североатлантический аль-

янс (NATO), а в мае того же года была принята в состав Европейского Со-

юза (ЕС). С 30 марта 2008 г. Латвия в полной мере стала применять нормы

Шенгенского законодательства ЕС.

Динамика выдачи виз Консульством Латвийской Республики в Витеб-

ске представлена в следующей таблице124:

I Шенгенское соглашение – соглашение об упрощении паспортно-визового контроля на границах ряда

государств Европейского союза (ЕС), изначально подписанное 14 июня 1985 г. пятью европейскими гос-

ударствами (Бельгией, Нидерландами, Люксембургом, Францией и Германией). Оно вступило в силу 26

марта 1995 г. и прекратило существование в 1999 г., будучи замещено Шенгенским законодательством

ЕС. 1 мая 1999 г. вступил в силу Амстердамский договор, внёсший изменения в Европейский союзный

договор. В соответствии с V разделом обновлённого договора положения Конвенции о введении в дей-

ствие и применении Шенгенского соглашения были включены в законодательство ЕС. Соответствующий

раздел европейского законодательства заместил Шенгенское соглашение и получил собирательное

название Шенгенского законодательства. Новые члены ЕС отныне не подписывают Шенгенское согла-

шение как таковое: они обязываются исполнять Шенгенские правила как часть законодательства ЕС,

которое они должны принять целиком при вступлении. На 2014 г. насчитывалось 26 стран-участниц.

Вывеска Консульства ЛР в Витебске, 2015 г.

Фото Д. Фомина

57 Консульство и консулы Латвии в Витебске

год принято заяв-

лений выдано виз

выдано в рамках

представительства

других стран зоны

Шенген

отказано

2004 4 567 4 556 - 11

2005 6 570 6 548 - 22

2006 8 252 8 181 - 71

2007 10 500 10 450 0 50

2008 8 000 7 907 0 93

2009 8 310 8 245 0 65

2010 7 464 7 391 0 73

2011 7 935 7 919 7 16

2012 9 754 9 739 44 15

2013 21 915 21 761 9 215 154

2014 29 287 29 153 15 852 134

При рассмотрении таблицы можно заметить тенденцию к постоянно-

му увеличению числа выданных виз. Некоторый спад, который наблюдал-

ся в 2008 г., можно связать с удорожанием виз с 35 до 60 евроI в связи с

началом их выдачи по шенгенскому образцу. Причины же спада 2010 г. не

представляются столь очевидными и требуют более подробного изучения.

С декабря 2007 г. Консульство Латвийской Республики стало оказы-

вать услуги по выдачи виз в рамках представительства других стран шен-

генской зоны (Франции). Наиболее востребованным это стало с марта

2013 г., когда Консульство стало представлять Республику Польшу в вы-

даче краткосрочных шенгенских виз. В результате за тот год более 42%

всех выданных виз были сделаны в рамках представительства других

стран, а в 2014 г. их доля перевалила за 50%, большая часть которых каса-

лась Республики Польша. Кроме того, на начало 2015 г. Консульство Лат-

вийской Республики представляет Французскую Республику, Королевство

Нидерланды, Республику Словения, Эстонскую Республику и Королевство

Испания125.

Число отказов по заявлениям на получение визы в Консульстве Лат-

вии, как видно из таблицы, невелико (0,15–1,16%). Все отказы соответ-

ствуют 32 статье Визового кодекса ЕС. Так, отказывается заявителям, если

те представляют поддельный документ на поездку; не предоставляют под-

тверждения цели и условий предполагаемого пребывания; не предостав-

ляют доказательства наличия достаточных средств к существованию как

на срок предполагаемого пребывания, так и для возврата в свою страну; не

I Подобный шаг ЕС был мотивирован несоответствием внутриполитических реалий в Беларуси нормам

Европейской политики добрососедства.

58 М. Королёв, Э. Екабсонс

предоставляют доказательства наличия у них адекватного и действитель-

ного договора медицинского страхования на время поездки. Также отказ

может последовать, если имеются разумные сомнения по поводу подлин-

ности предоставленных ходатайствующим лицом подтвердительных доку-

ментов или достоверности их содержания, по поводу надёжности сделан-

ных ходатайствующим лицом заявлений или его намерения покинуть тер-

риторию государств-членов до истечения запрашиваемой визы126.

Новым направлением работы Консульства с 2012 г. стала выдача раз-

решений на местное приграничное движение. Ещё 23 августа 2010 г. в Риге

было подписано межправительственное соглашение об упрощённом по-

рядке взаимных поездок жителей приграничных территорий Беларуси и

Латвии. 1 декабря 2011 г. в Витебском облисполкоме состоялся обмен

письменными уведомлениями о выполнении Беларусью и Латвией внутри-

государственных процедур, необходимых для вступления документа в си-

лу. С этого дня местные органы власти начали формирование списков жи-

телей приграничных территорий (проживающих в пределах 50-

тикилометровой зоны от государственной границы), имеющих право на

получение соответствующих разрешений.

Под действие соглашения подпали жители приграничных территорий,

постоянно проживающие на них не менее одного года, а также ведущие

совместное с ними домохозяйство супруги, родители, бабки, деды, несо-

вершеннолетние дети, внуки и правнуки, даже если они проживали на при-

граничной территории менее одного года. В общей сложности с белорус-

ской стороны это затрагивало около 65 тысяч жителей.

Среди оснований для выдачи разрешения: организация или участие на

регулярной основе в культурных, образовательных, научных и спортивных

мероприятиях, проводимых органами власти и учреждениями государств-

сторон; владение недвижимостью; посещение родственников; тяжёлое за-

болевание или смерть родственников; посещение мест захоронения род-

ственников; получение медицинской помощи; участие в мероприятиях,

связанных с местными традициями и проведением религиозных обрядов;

осуществление регулярных контактов в сфере хозяйственной деятельности

без права ведения трудовой деятельности.

За рассмотрение ходатайства о выдаче разрешения на местное при-

граничное передвижение был установлен сбор в размере 20 евро. Жителям

приграничных территорий разрешения на местное приграничное передви-

жение выдаётся со сроком действия от одного года до пяти лет.

За 2012 г. Консульство Латвийской Республики в Витебске выдало

1 599 разрешений на местное приграничное движение. В 2013 г. таких раз-

решений было выдано ещё 1 731, а в 2014 г. – 1 267.

59 Консульство и консулы Латвии в Витебске

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Вот уже более 20 лет в белорусском Витебске вновь находится кусо-

чек Латвии. Двина-Даугава питает земли наших двух народов, что обу-

славливает их определённую схожесть и нераздельность. Большая полити-

ка всегда вершиться в столицах. Но люди живут везде. Работа, которую

проводит консульское представительство Латвийской Республики в Ви-

тебске, способствует их развитию, росту взаимопонимания, а значит слу-

жит делу мира и стабильности.

Жизнь и работа дипломатов в независимой Беларуси в корне отлича-

ется от той, которую имели их коллеги при большевистской власти. Ко-

нечно, это не означает, что органы госбезопасности совершенно не обра-

щают внимания на деятельность иностранного консульства. Однако такого

гнетущего психологического давления, который был в СССР в период ста-

линизма, больше нет. Посетители Консульства не опасаются быть аресто-

ванными только за сам факт визита в здание представительства. Всё это

стало достоянием нашей общей истории, которую мы должны помнить,

чтобы в будущем не допускать ошибок. Донесения латвийских консуль-

ских работников 1925–1932 гг. являются важным источником для понима-

ния советской действительности обозначенного периода. А проявленные

Г. Пунгой качества (по отношению к семье И.Е. Репина, к простым кресть-

янам) ещё раз подтверждают факт о возможности служения высшим гума-

нистическим идеалам в условиях любой политической системы.

Современные консулы обозначали приоритетными для себя социаль-

но-культурные контакты белорусов и латышей, а также сотрудничество

органов местного самоуправления наших двух государств. Благодаря в том

числе и этому, на Витебщине реализуется множество совместных проек-

тов, проходят фестивали, выставки, концерты, мастер-классы. Всё это поз-

воляет городу над Двиной удерживать негласное звание «культурной сто-

лицы Беларуси».

«Беларусь и Латвия всегда будут рядом» – говорила консул Инесе Ки-

на в своём интервью корреспонденту «Віцебскага рабочага» в апреле

2003 г. То интервью было довольно напряжённым. Латвия готовилась к

вступлению в Европейский Союз и полноправному членству в NATO, что

означало окончательный разрыв с постсоветским миром, а потому корре-

спондент постоянно возвращался к этой теме. Однако госпожа И. Кина

выразила надежду на лучшее развитие событий. И спустя более 10 лет

можно сказать, что консул не ошиблась. Связи Беларуси и Латвии не обо-

рвались, а нашли новый импульс для развития. Вступление в силу догово-

60 М. Королёв, Э. Екабсонс

рённостей о местном приграничном движении прямое тому доказатель-

ство. А значит вековая связь наших народов и культур останется нераз-

рывной, несмотря ни на какие границы и визы. И Консульство Латвийской

Республики в Витебске и дальше будет способствовать этому ходу исто-

рии.

БЛАГОДАРНОСТИ

Авторы выражают благодарность Госпоже Консулу руководителю

Консульства Латвийской Республики в Витебске Дагнии Лаце-Ате за ту

поддержку и разностороннюю помощь, которую она оказывала в процессе

работы над данным исследованием.

Сотруднице Отдела истории дипломатической и консульской службы

и дипломатических документов Министерства иностранных дел Латвий-

ской Республики Госпоже Силвии Петровне Крижевиц (г. Рига, Латвия) за

значительный вклад в улучшение итогового текста исследования.

Главному хранителю фондов Государственного архива Витебской об-

ласти Константину Григорьевичу Карпекину за помощь в процессе поиска

информации и иллюстративного материала в фондах архива.

Краеведу Анатолию Васильевичу Яковлеву (г. Витебск, Беларусь) за

предоставленные найденные им материалы, а также ценные советы, сде-

ланные в ходе нашей работы над исследованием.

Господину Владимиру Дедкову (г. Рига, Латвия), родственнику Г.

Пунги, за предоставленные материалы архивно-следственного дела по об-

винению Г. Пунги, а также воспоминания его бабушки, Галины Петровой-

Матис.

Госпоже Виктории Шпак (г. Витебск, Беларусь) за консультации при

написании материала по воскресной латышской школе.

Госпоже Катрине Казачёнок (г. Рига, Латвия) за качественный пере-

вод архивных документов с латышского на русский язык.

Сотрудникам Учреждения культуры «Витебский областной краевед-

ческий музей» (ВОКМ), в особенности, заместителю директора по научной

работе Валерию Алексеевичу Шишанову и заведующему музеем-усадьбой

И.Е. Репина «Здравнёво» Алексею Васильевичу Сухорукову, за предостав-

ленные иллюстративные материалы.

Госпоже Татьяне Некрасовой (г. Витебск, Беларусь) за помощь в тех-

нической подготовке настоящего издания.

А также всем тем людям, которых персонально не назвали, но кото-

рые в меру своих возможностей содействовали, чтобы настоящее издание

увидело свет.

61 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Примечания и ссылки 1 Воронов, Р. Латвийское консульство в Витебске: история локаций / Р. Воронов //

Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. Вып. 3. – Минск: РИВШ, 2014. –

С. 8–10. С. 8. 2 Кикутс, Т. Переселение латышских крестьян в Витебскую, Могилёвскую и Мин-

скую губернии во второй половине XIX века (сравнительный аспект) / Т. Кикутс // Ла-

тыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. – Минск: РИВШ, 2012. – С. 3–10. С.

4. 3 Первая всеобщая перепись населения Российской империи, 1897 г. V. Витебская

губерния. Тетрадь 3 (последняя). – Петербург: Издание Центральнаго статистическаго

комитета Министерства внутреннихъ делъ, 1903. – 282 с. С. 77. 4 Яковлева, Г. Латышский клуб как один из центров общественно-политической и

культурной жизни г. Витебска в первые годы советской власти / Г. Яковлева // Latgale

kā kultūras pierobeža. – Daugavpils: Daugavpils Universitātes Akadēmiskais apgāds «Saule»,

2008. – С. 267–276. С. 267. 5 Ластоўскі, В. “Рэляцыя” аб цяжкім стане бежанцаў / В. Ластоўскі // Наша Ніва. –

1915. – № 27. – С. 1–2. 6 Список действующих в г. Витебске организаций для оказания помощи беженцам

и жертвам войны. 2 ноября 1916 г. [Электронный ресурс] // Архивы Беларуси. – Режим

доступа: http://archives.gov.by/index.php?id=966904. Дата доступа: 30.10.2014. 7 Яковлева, Г. Латышские женщины-коммунистки на Витебщине в 1920–1930-е

гг. / Г. Яковлева // Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. – Минск:

РИВШ, 2012. – С. 23–29. С. 23–24. 8 Туманова, А.С. Организация помощи фронту и жертвам войны как результат

совместных усилий власти и гражданского общества в годы Первой мировой войны:

институциональный и правовой аспекты / А.С. Туманова // Гражданское общество

в России и за рубежом. – 2012. – № 4. – С. 34–40. 9 ср. Пинсон, Б. От февраля к красному Октябрю / Б. Пинсон // Красная быль:

большевики в Витебске / Сборник статей, воспоминаний и материалов под ред. С.

Крылова. – Витебск: Вит. Губ. Бюро ИстПарта, 1923. – 236 с. С. 27–43. 10 Декларация прав народов России // Российский государственный архив соци-

ально-политической истории. Ф. 2. Оп. 1. Ед. хр. 24219. 11 ср. Якобсон, Э. Латвия и Белоруссия. Начало отношений (1919–1920) / Э.

Якобсон // Берасцейскі хранограф: Зб. навук. прац. Выпуск 2. – Брэст: Выдавецтва С.

Лаўрова, 1999. – С. 142–157. 12 Такую позицию озвучивали партийные деятели (в т.ч. представитель ЦК

РКП(б) в Беларуси А. Иоффе), а также советская пресса (например, “Звязда” в номере

от 5 февраля 1919 г.). Подробнее об этом см. Гісторыя Беларусі : У 6 т. / А. Вабішчэвіч

[і інш.]; рэдкал. М. Касцюк (гал. рэдактар) і інш. – Мінск: Экаперспектыва, 2000–2011.

– Т. 5 : Беларусь у 1917–1945 гг. – Мінск, 2006. – 613 с. С. 106–107. 13 Приводится по: Гісторыя Беларусі : У 6 т. Т. 5. С. 106. 14 Снапковский, В. Внешняя политика Республики Беларусь: первые итоги перво-

го десятилетия / В. Снапковский // Белорусский журнал международного права и меж-

дународных отношений. – 2000. – №4. – С. 45.

62 М. Королёв, Э. Екабсонс

15 Мирный договор между Россией и Латвией // Министерство иностранных дел

СССР. Документы внешней политики СССР. Т. 3 (1920.07.1 – 1921.03.18). – M.: Госу-

дарственное издательство политической литературы, 1959. – С. 101–116. 16 Lerhis, A. Latvijas ārpolitiskā dienesta un Ārlietu ministrijas pirmie darbības gadi

(1919. gads – 20. gadu pirmā puse) / A. Lerhis. – Latvijas Vēstures Institūta Žurnāls. – 1998.

– № 2. – 100.–128.lpp. 108 lp. 17 Гісторыя Беларусі : У 6 т. Т. 5. С. 208–209. 18 Голубев, В. Оптация в 20-егоды ХХ века между Латвией и БССР–СССР (на

примере Витебщины) / В. Голубев // Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч.

ст. – Минск: РИВШ, 2012. – С. 17–23. 19 Свидетельство (экзекватура) Эрнста Гиргенсона (копия) // Государственный ар-

хив Витебской области (ГАВО). Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 94. 20 Цынкевіч, В. Праблема рэпатрыяцыі бежанцаў і адкрыццё польскага консуль-

ства ў Мінску (1921–1924 гг.) / Валерый Цынкевіч // Белорусский журнал международ-

ного права и международных отношений. – 2001. – № 3. – С. 76–83. С. 81. 21 Каралёў, М. Консульства Латвіі ў савецкім Віцебску [Электронны рэсурс] /

Максім Каралёў // Культурная прастора „Vitebsk4Me”. – Рэжым доступу: http://vitebsk4.

me/news/past/latvia/. Дата доступу: 30.07.2014. 22 Воронов, Р. Латвийское консульство в Витебске… С. 9. 23 Сообщение Консульства Латвийской Республики в Витебский ОИК об уплате

по договору аренды // ГАВО. Ф. 2356. Оп. 1. Д. 32. Л. 206. 24 ср. Martin, T. The origins of Soviet ethnic cleansing / Т. Martin // Journal of Modern

History. – 1998. – № 4. – Р. 829. 25 Разъяснение НКВД БССР «О порядке регистрации сотрудников Иностранных

Представительств в БССР» в Секретариат Витебского Окрисполкома от 15 июля 1925 г.

// ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 155. 26 Информация Управления Уполномоченного НКИД СССР при Правительстве

БССР Председателю Витебского окрисполкома от 6 мая 1925 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп. 5.

Д. 10. Л. 93. 27 Разъяснение НКВД БССР «О порядке регистрации сотрудников Иностранных

Представительств в БССР»… 28 Правила о порядке регистрации в управлении Уполномоченного НКИД СССР

при Правительстве БССР сотрудников иностранных дипломатических Представитель-

ств в БССР от 10 октября 1924 г. № 257 // ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 156. 29 Ліст Пану Консулу Латвіі ад Сэкратарыята Віцебскага Акрвыканкама ад 22

жніўня 1925 г. // Дзяржаўны архіў Віцебскай вобласці (ДАВВ). Ф. 118. Воп. 5. Спр. 10.

Арк. 153. 30 Запрос Управления Уполномоченного при Правительстве Б.С.С.Р. о личном со-

ставе Латвийского Консульства от 5 июля 1927 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 18. Л. 164. 31 Паведамленне Упаўнаважанаму НКІС пры Урадзе БССР ад 16 ліпеня 1927 г. //

ДАВВ. Ф. 118. Воп. 5. Спр. 18. Арк. 163. 32 Правила о порядке регистрации… 33 Свидетельство (экзекватура) Эрнста Гиргенсона (копия). 34 Разъяснение НКВД БССР «О порядке регистрации сотрудников Иностранных

Представительств в БССР»…

Запрос Латвийского Консульства Витебска относительно Ф.А. Григоловского от

16 сентября 1925 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 388об. 35 Правила о порядке регистрации…

63 Консульство и консулы Латвии в Витебске

36 ср. Skóra, W. Organizacja i działalność służby konsularnej Drugiej Rzeczypospolitej

na terenach Rosji, Ukrainy i ZSRR w dwudziestoleciu międzywojennym (1918–1939) / W.

Skóra // Stosunki polityczne, wojskowe i gospodarcze Rzeczypospolitej Polskiej i

Związku Radzieckiego w okresie międzywojennym / red. Janusz Gmitruk, Wojciech

Włodarkiewicz. – Warszawa–Siedlce, 2012. S. 259–283. 37 ср. Лобан, А. Правовое положение сотрудников Латвийского Консульства в Ви-

тебске в межвоенное время / А. Лобан, М. Королёв // Латыши и белорусы: вместе

сквозь века : сб. науч. ст. Вып. 3. – Минск: РИВШ, 2014. – С. 15–18. 38 Latvijas ārlietu dienesta darbinieki 1918–1991. Biogrāfiska vārdnīca. Rīga: Latvijas

Valsts vēstures arhīvs / Ēriks Jēkabsons, Valters Ščerbinskis. – Rīga: Zinātne, 2003. – 116.–

117. lpp. 39 Latvijas Nacionala arhiva Latvijas Valsts vēstures arhīvs (далее – LNA LVVA).

2570.f. 14.apr. 463.l. (приведено на: Latvijas Republikas Ārlietu Ministrija [Электронный

ресурс]. – Режим доступа: http://www.mfa.gov.lv/lv/Ministrija/vesture/4439 /4454/. Дата

доступа: 20.12.2014). 40 Гісторыя Беларусі : У 6 т. Т. 5. С. 261. 41 Анкетные листы для официального консульского персонала иностранных кон-

сульств // ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 150, 151, 327. 42 Копия письма Господину Латвийскому Консулу в гор. Витебске от содержаще-

гося под стражей при Витебском Окружном Исправдоме Латвийского поданного Алек-

сандра − Фёдора Адольфовича Григоловского от 28 августа 1925 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп.

4. Д. 32. Л. 390. 43 Нота Латвийского Консульства в Витебске № 289 от 16 сентября 1925 г. // ГА-

ВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 388. 44 Ответ от 23 сентября 1925 г. Витебского ОИК на ноту Латвийского Консульства

в Витебске № 289 // ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 387. 45 Уголовный кодекс РСФСР от 1 июня 1922 года [Электронный ресурс] // Вики-

тека. – Режим доступа: http://ru.wikisource.org/wiki/%D0%A3%D0%B3%D0%BE%

D0%BB%D0%BE%D0%B2%D0%BD%D1%8B%D0%B9_%D0%BA%D0%BE%D0%B4

%D0%B5%D0%BA%D1%81_%D0%A0%D0%A1%D0%A4%D0%A1%D0%A0_1922_%

D0%B3%D0%BE%D0%B4%D0%B0. Дата доступа: 23.11.2014. 46 17 сентября 1925 г. в иностранный отдел НКВД было переслано оптационное

свидетельство Григоловского с сообщением, что последний выбыл в качестве заклю-

чённого в г. Кемь (ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 395). 47 Уведомление Витебского ОИКа от 2 июля 1925 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10.

Л. 104. 48 Запрос в Витебский ОИК о бракосочетании Юриса Петровича Стирнинь и Афа-

насии Францевны Богдановой-Александровой // ГАВО. Ф. 2356. Оп. 1. Д. 32. Л. 233.

Запрос в Витебский ОИК о бракосочетании Степана Поссевина и Эмилии Эвин //

ГАВО. Ф. 2356. Оп. 1. Д. 32. Л. 117. 49 Treijs, R. No militārā atašeja līdz ārlietu resora likvidatoram [Электронный ресурс] /

R. Treijs // Latvijas Vēstnesis. – Режим доступа: https://www.vestnesis.lv/ta/id/

73448?search=on. Дата доступа: 21.12.2014. 50 Запыт Сэкратарыята Віцебскага АВК у чужаземны аддзел НКУС БССР № 1321

ад 26 кастрычніка 1925 г. // ДАВВ. Ф. 118. Воп. 5. Спр. 15. Арк. 7. 51 Рапорт делопроизводителя инстола Кононовича Уполномоченному ИРО Вито-

кротдела ГПУ Белоруссии (февраль 1925 г.) // ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 27. Л. 20.

64 М. Королёв, Э. Екабсонс

52 Служебная записка Уполномоченному КРО Зав. Инстола Кононовича от 27 но-

ября 1925 г. // ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 27. Л. 220. 53 ср. Агеенко, Т. Латыши на Могилёвщине (в документах Национального архива

Республики Беларусь) / Т. Агеенко // Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч.

ст. Вып. 3. – Минск: РИВШ, 2014. – С. 37–44. С. 39. 54 Ārlietu ministrijas darbība 1925.g. // Valdības Vēstnesis. – 1926. – 16. febr. 55 Приведённые в параграфе факты биографии основаны на:

Latvijas ārlietu dienesta darbinieki 1918–1991. 241.–243.lpp.

LNA LVVA. 2570.f. 14.apr. 1211. l. (приведено на: Latvijas Republikas Ārlietu

Ministrija [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.am.gov.lv/lv/Ministrija/

vesture/4439/4477/. Дата доступа: 10.12.2014).

Latvijas darbinieku galerija / red. P. Krodera. – Rīga: Grāmatu draugs, 1929. – 73.lp.

Петрова-Матиса, Г. Звезда, погасшая до срока / Г. Петрова-Матиса // Кряквин, Д.

Петрова-Матиса, Г. Герой довоенных Олимпиад : Гроссмейстер Владимир Михайлович

Петров. – Рига: Изд-во Фонд Владимира Петрова, 2013. – С. 177–282. С. 240–241.

Александрова, Ю. Герман Пунга, Лев Толстой и латышская революция [Элек-

тронный ресурс] / Ю. Александрова // Вести сегодня. – Режим доступа:

http://vesti.lv/culture/theme/history/75206-german-punga-lev-tolstoj-i-latyshskaja-

revoljucija.html. – Дата доступа: 11.12.2014. 56 Минцлов, С.Р. Уфа: Дебри жизни. Дневник 1900–1915 гг. / С.Р. Минцлов; пре-

дисл. М.Г. Рахимкулова. – Уфа: Башкирское книжное изд-во, 1992. – 170 с. 57 Treijs, R. Jaunstrāvnieks brīvvalsts diplomātijā [Электронный ресурс] / R. Treijs //

Latvijas Vēstnesis. – Режим доступа: https://www.vestnesis.lv/ta/id/73023?search=on. Дата

доступа: 21.12.2014. 58 Доклад о работе Латбюро ЦК КП(б)Б за время с II-го Всебелорусского совеща-

ния латпартработников по ноябрь 1926 г. // ГАВО. Ф. 10061. Оп. 1. Д. 443. Л. 80–83. 59 Отчёт Смоленского губисполкома Отделу национальностей ВЦИКа о работе

среди национальных меньшинств за 1928 г. // Государственный архив Смоленской об-

ласти (ГАСО). Ф. р-2360. Оп 1. Д. 194. Л. 17−26. 60 Письмо Административному отделу Витокрисполкома от 30 сентября 1927 г. //

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 17. Л. 32. 61 Treijs, R. Jaunstrāvnieks brīvvalsts diplomātijā. 62 Письмо Административному отделу Витокрисполкома от 2 декабря 1927 г. //

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 17. Л. 39. 63 Сообщение консула Г. Пунги министру иностранных дел А. Балодису от 22 де-

кабря 1929 г. // Архив Гуверовского института Стэндфордского университета (Hoover

Institute Archives, далее – HIA). Дипломатическое представительство в Стокгольме.

Бокс 1. 64 Сообщение консула Г. Пунги министру иностранных дел А. Балодису от 22 де-

кабря 1929 г. 65 Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и министру иностранных

дел Х. Целминю от 12 апреля 1930 г. // HIA. Дипломатическое представительство в

Стокгольме. Бокс 1. 66 см. подробнее: Фаст, А.А. Эмиграционное движение немцев Сибири: докумен-

ты и материалы / А.А. Фаст. – Барнаул: ГИПП «Алтай», 2005. 67 Конфиденциальное сообщение посланника Латвии в СССР г-на Я. Сескиса о

положении латышей в Советском Союзе от 21 декабря 1929 г. // LNA LVVA. 3235.f. 1/2

apr. 875 a. l., 35.lp.

65 Консульство и консулы Латвии в Витебске

68 Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и министру иностранных

дел Х. Целминю от 12 апреля 1930 г. 69 Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и министру иностранных

дел Х. Целминю от 12 апреля 1930 г. 70 Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и министру иностранных

дел Х. Целминю от 12 февраля 1930 г. // // HIA. Дипломатическое представительство в

Стокгольме. Бокс 1. 71 Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и министру иностранных

дел Х. Целминю от 12 апреля 1930 г. 72 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.) // LNA

LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 4–16 lp. 73 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.) 74 Сообщение консула Г. Пунги министру иностранных дел А. Балодису от 22 де-

кабря 1929 г. // HIA. Дипломатическое представительство в Стокгольме. Бокс 1. 75 Выписка из сообщения № 3 консульства в Витебске от 4 марта 1931 г. // LNA

LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 68–69.lp. 76 О положении семьи И.Е. Репина в Здравнёво в межвоенное время см.: Сухоруков,

А. Латвийские связи И.Е. Репина и семьи Т.И. Репиной-Язевой / А. Сухоруков // Латыши и

белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. – Минск: РИВШ, 2012. – С. 62–67. 77 Письмо к И.Е. Репину Т.И. Репиной-Язевой // Научно-библиографический ар-

хив Российской академии художеств (далее – НБА РАХ). Ф. 25. Оп. 2. Ед.хр. 415. Л. 26,

30−31об. 78 Письмо Г. Пунги И.Е. Репину от 15 февраля 1930 г. / НБА РАХ. Ф. 25. Оп. 2.

Ед.хр. 403. Л. 1об. 79 Письмо Г.А. Пунги И.Е. Репину от 26 мая – 8 июня 1930 г. / НБА РАХ. Ф. 25.

Оп. 2. Ед.хр. 403. Л. 2–2 об. 80 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.) // LNA

LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 4–16 lp. 81 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.). 82 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.). 83 LNA LVVA. 2570.f. 1.apr. 306.l. bez paginācijas. 84 Обвинительное заключение по следственному делу № 8412 по обвинению

граждан Швальбе Г.А., Крегер И.Я., Пуцен К.И., Домбровского Э.Ю., Бояр И.А. и дру-

гих по ст. 58 п.п. 4, 6, 10 и 11 УК от 28 мая 1930 г. / Архивно-следственное дело № 516

по обвинению Пунга Г.А. от 13 февраля 1941 г. // LNA Latvijas Valsts arhīvā (LNA LVA)

1986.f. 2.apr. P-1664.l. 85 LNA LVVA. 2570.f. 14.apr. 435.l. 340.lp. 86 Latvijas ārlietu dienesta darbinieki 1918–1991. 296.–297.lpp. 87 Заявка Консульства Латвийской Республики на отпуск продуктов Церабкоопом

от 10 ноября 1930 г. // ГАВО. Ф. 127. Оп. 1. Д. 66. Л. 144. 88 Мирный договор между Россией и Латвией. 89 Выдержки их отчёта консульства о работе в 1930 г. (28 января 1931 г.). 90 LNA LVVA. 2570.f. 14.apr. 1527.l. 132.lp. 91 Сообщение консула Ф. Фриденбергса руководителю Восточного отдела Мини-

стерства иностранных дел П. Олиню про начало работы c 31 марта 1931. г. // LNA

LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 52–53.lp. 92 Выписка из сообщения консульства от 26 февраля 1931 г. // LNA LVVA. 2574.f.

2.apr. 7161.l. 82.lp.

66 М. Королёв, Э. Екабсонс

93 Выписка из сообщения № 4 консульства в Витебске от 4 марта 1931 г. // LNA

LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 54–55.lp. 94 Выписка из сообщения № 6 консульства в Витебске от 5 сентября 1931 г. //

LNA LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 18.lp. 95 Valdības rīkojumi un pavēles // Valdības Vēstnesis. – 1932. – 21.janv. 96 Latvijas Kareivis. – 1930. – 23.dec. 97 См. Par ārlietu resora jauno budžetu // Latvijas Kareivis. – 1932. – 14.janv. 98 Справочник постового милиционера по городу Витебску. – Витебск: Друкарня

“Камінтэрн”, 1935. – С. 8. 99 LNA LVVA. 2570.f. 14.apr. 463.l. (приведено на: Latvijas Republikas Ārlietu

Ministrija [Электронный ресурс]. – Режим доступа: http://www.mfa.gov.lv/lv/Ministrija

/vesture/4439/4454/. Дата доступа: 20.12.2014). 100 Приводится по: Петрова-Матиса, Г. Звезда, погасшая до срока. С. 192.

Александрова, Ю. Герман Пунга, Лев Толстой и латышская революция. 101 Приводится по: Александрова, Ю. Герман Пунга, Лев Толстой и латышская ре-

волюция. 102 Latvijas ārlietu dienesta darbinieki 1918–1991. 241.–243.lpp.

Акт о смерти заключённого от 12 апреля 1941 г. / Архивно-следственное дело №

516 по обвинению Пунга Г.А. от 13 февраля 1941 г. // LNA LVA 1986.f. 2.apr. P-1664.l. 103 Latvijas ārlietu dienesta darbinieki 1918–1991. 296.–297.lpp. 104 Консульство Латвии в Беларуси в Витебске // Витебкий курьер. – 1994. – 25

марта. – С. 2. 105 Бруцкий, А. Консульство Латвии в Витебске / А. Бруцкий // Вiцьбiчы. – 1994. –

24 марта. – С. 2. 106 Пастернак, Т. Латышский дом в Витебске / Т. Пастернак // Народное слово. –

1995. – 30 марта. – С. 3. 107 Радевич, И. Возобновление работы консульства Латвийской Республики в Ви-

тебске (1994–1996 гг.) / И. Радевич // Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч.

ст. Вып. 3. – Минск: РИВШ, 2014. – С. 19–22. 108 Это – Дни культуры Латвии // Вiцьбiчы. – 1994. – 31 мая. – С. 1. 109 Город встречает друзей // Вiцьбiчы. – 1995. – 8 июня. – С. 1. 110 Хитров, А. До новых встреч на витебской земле / А. Хитров // Вiцьбiчы. – 1995.

– 23 мая. – С. 3. 111 Тючкалов, Е. Отдых, Туризм, Путешествия / Е. Тючкалов // Вiцьбiчы. – 1996. –

14 мая. – С. 3. 112 Тулбусов, А. Под красно-белым флагом зазвучит детский смех / А. Тулбусов //

Витьбичи. – 1996. – 6 августа. – С. 3. 113 Пукшанский, А. Во вторник Консульство Латвийской Республики в Витебске

отметило новоселье / А. Пукшанский // Витебский курьер. – 1996. – 9 августа. – С. 1. 114 Приглашаем в воскресную школу // Вiцьбiчы. – 1994. – 15 сентября. – С. 7.

Говорить по-латышски // Вiцьбiчы. – 1994. – 22 октября. – С.1.

Школа при консульстве // Вiцьбiчы. – 1994. – 27 октября. – С. 2.

Северинец, К. Витебские латыши [Электронный ресурс] / К. Северинец // Вечер-

ний Минск. – Режим доступа: http://www.vminsk.by/news/30/10056/. Дата доступа:

29.12.2014. 115 Министр интеграции Латвии отмечает Янов день в Белоруссии [Электронный

ресурс] // REGNUM-Беларусь. – Режим доступа: http://www.regnum.by/news/

472506.html. Дата доступа: 29.12.2014.

67 Консульство и консулы Латвии в Витебске

116 Шпаковская, Г. В Витебске – новый латвийский консул / Г. Шпаковская //

Народнае слова. – 2000. – 3 авг. 117 Крупица, Н. Иманта Вингре: «Витебск я полюбила с первого взгляда» / Н.

Крупица // Віцьбічы. – 2004. – 2 ноя. 118 Ильина, Я. Возле консульства Латвии в Витебске усилили охрану в связи с ак-

цией протеста национал-большевиков [Электронный ресурс] / Я. Ильина // Народныя

навіны Віцебска. – Режим доступа: http://news.vitebsk.cc/2007/03/16/vozle-konsulstva-

latvii-v-vitebske-usilili-ohranu-v-svyazi-s-aktsiey-protesta-natsional-bolshevikov/. Дата до-

ступа: 02.01.2015. 119 Сеньков, В. Маргарита Штэйна: «Витебск – мой личный выбор» / В. Сеньков //

Віцьбічы. – 2010. – 26 авг. 120 Пушканский, А. Консул Латвийской Республики Дагния Лаце-Ате: «Когда иду

по улицам Витебска, мне кажется, что все встречные – мои знакомые» / А. Пушканский

// Віцьбічы. – 2014. – 17 мая. 121 Пастернак, Т. Латвийское консульство в Витебске отмечает 20-летие возобнов-

ления своей деятельности / Т. Пастернак // Витебские вести. – 2014. – 13 мая. 122 Серабро, С. Беларуска-латвійскае купалле ў Віцебску: фотарэпартаж [Элек-

тронны рэсурс] / С. Серабро // Народныя навіны Віцебска. – Рэжым доступа:

http://news.vitebsk.cc/2012/07/08/belaruska-latviyskae-kupalle-w-vitsebsku-fotarepartazh/.

Дата доступа: 03.01.2015. 123 Консульство Латвии в Беларуси в Витебске // Витебский курьер. – 1994. – 25

мар. – С. 2. 124 Информация предоставлена Консульством Латвийской Республики в Витебске

/ Письмо № 2.1.-15 от 14.01.2014 // Архив входящей корреспонденции УО «ВГМУ» за

2014 г. 125 Информация с официального сайта Посольства Латвийской Республики в Рес-

публике Беларусь. – Режим доступа: http://www.mfa.gov.lv/lv/belarus/konsulats/. Дата

доступа: 04.01.2015. 126 Регламент (ЕС) № 810/2009 Европейского Парламента и Совета от 13 июля

2009 г., устанавливающий Кодекс Сообщества о визах (Визовый кодекс) [Электронный

ресурс]. – Режим доступа: http://eulaw.ru/content/visa-code. Дата доступа: 26.01.2015.

68 М. Королёв, Э. Екабсонс

Приложение

Ниже приводятся некоторые архивные документы, которые в той

или иной степени затрагивают тему Консульства Латвийской Республи-

ки в Витебске. Стиль документов сохранён, исправлены только некото-

рые грамматические ошибки. Неправильно приведённые фамилии и даты

сохранены в том виде, как они зафиксированы в документах. Документы с

секретными грифами на сегодняшний день являются рассекреченными.

Документы из небелорусских архивов приведены в переводе с латыш-

ского К. Казачёнок.

СССР

Народный комиссариат

по иностранным делам Управление Уполномоченного

при Правительстве Бел. ССР

6.V.1925 № 3026

Председателю Окрисполкома

г. Витебск

Управление Уполномоченного НКИД СССР при Правительстве БССР

настоящим доводит до сведения, что НКИД утверждён в должности Кон-

сула Латвии в Витебске г. Эрнст Гиргенсон, коему выдана экзекватура от

22 апреля с.г. за № 6/25.

Копия экзекватуры при сем прилагается

Секретарь подпись Цыдорович

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 93.

СвидетельствоI Народный Комиссариат по Иностранным Делам Союза Советских

Социалистических Республик настоящим свидетельствует, что предъяви-

тель сего латвийский подданный Эрнст Гиргенсон является Консулом Лат-

вийской Республики в г. Витебске, с консульским округом, распространя-

ющимся на территорию Белорусской Советской Социалистической Рес-

публики.

В деятельности своей в качестве Консульского Представителя г. Гир-

генсон пользуется следующими правами:

I Копия.

69 Консульство и консулы Латвии в Витебске

1. Имеет право сношения по всем делам Консульства с советскими

учреждениями в пределах Витебской губернии через посредство Админи-

стративного Отдела Губернского Исполнительного Комитета г. Витебска.

По делам, относящимся к остальной части Белорусской Советской

Социалистической Республики г. Гиргенсон имеет право сношения с мест-

ными советскими учреждениями через посредство Уполномоченного

Народного Комиссариата по Иностранным Делам при Правительстве Бе-

лорусской Советской Социалистической Республики.

2. Может быть подвергнут личному задержанию не иначе, как по по-

становлению судебной власти и в порядке исполнения состоявшегося су-

дебного приговора; в порядке же предварительного заключения арест до-

пускается лишь в случае возбуждения судебного преследования за деяния,

подсудные Верховному Суду Союза и Республик, входящих в его состав, и

Губернскому Суду. Не подсуден судебным установлениям Союза за не-

правильные действия и превышение им своих полномочий по службе.

3. Освобождается от личных и натуральных повинностей, общегосу-

дарственных и местных.

4. Консульская канцелярия и архив, если они содержаться отдельно от

личного имущества и переписки г-на Гиргенсона, не подлежат без его со-

гласия обыску и осмотру.

Изложенное подписями и приложением печати Народного Комисса-

риата по Иностранным Делам удостоверяется.

Народный Комиссар по Иностранным делам Чичерин (разборчивая подпись)

Зав. Экономическо-Правовым Отделом подпись

Москва

Апреля 22 дня 1925 года

№ 6125

Верно подпись

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 10. Л. 94.

Latvijas Konsulats Vitebska

16 сентября 1925 г.

№ 289

Ссылаясь на Вашу ноту от 5-го сентября с.г. за № 11463 Консульство

Латвийской Республики в Витебске, имеет честь просить не отказать со-

общить: за какое, когда и где совершенное преступление осуждён на 3 года

заключения в концентрационный лагерь гражданин Латвийской Республи-

ки Александр – Федор Адольфович Григоловский.

70 М. Королёв, Э. Екабсонс

С обратной стороны красными чернилами написано:

Справка.

Препятствий к официальному сообщению Консулу по существу за-

проса не встречается.

Зам. нач. отдела

Уполномоченный

ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 388.

Вит. окруж. испол. ком

23. ІХ. 1925

Господину Латвийскому Консулу

г. Витебск

В ответ на Вашу ноту от 16-го сентября с.г. за № 289 Секретариат Ви-

тебского Окружного Исполнительного Комитета имеет честь сообщить,

что Латвийский оптант Александр – Федор Адольфович Грыголовский

осуждён на 3 года заключения в Концентрационный лагерь за преступле-

ние, предусмотренное ст.ст. 95, 74, 2-й ч. 97 и 2-й ч. 98 УК СССР, совер-

шенные упомянутым Грыголовским систематически, начиная с 1922 г. в

районах пограничной полосы и Витебского округа.

Зам. Председателя Витокрисполкома Бутор

Делопроизводитель Инстола Кононович

ГАВО. Ф. 118. Оп. 4. Д. 32. Л. 387.

БССР

Н.К.Ю.

Витебская государственная нотариальная контора

… ліпеня 1926 г. Секретно Витебскому Окружному Исполнительному

Комитету

2-го января 1926 года Витебской Государственной Нотариальной

Конторой был засвидетельствован на неопределённую сумму договор, за-

ключённый Коммунотделом с Латвийским Консулом на сдачу помещения

по Нижне-Петровской улице, в д. № 29 в арендное пользование.

В связи с повышением, согласно 2 п. договора, арендной платы с 1 ап-

реля сего года, следует взыскать с означенного Консула за посвидетель-

ствование договора дополнительные сборы: гербовый 2 руб., нотариаль-

71 Консульство и консулы Латвии в Витебске

ный 1 руб., местный 1 р. и 1 рубль за учинение надписи на подлинном до-

говоре о дополнительной его оплате сборами, а всего – 5 рублей.

В виду сего, Контора просит Вашего распоряжения о взыскании с

Латвийского Консула 5 рублей и препровождения таковых Нотканторе.

Основание: ст. 14 Постановления СНК БССР от 14 января 1925 г.

/С.У. за 1925 г. № 9, ст. 86/ и циркуляр Витокрисполкома от 22 сентября

1925 г. № 1136-с.

И.Д. Нотариуса подпись

ГАВО. Ф. 2356. Оп. 1. Д. 32. Л. 208.

спр. 33 зус. сакрэтна – тэрмінова

НКУС Бел. – Замежны Аддзел

№ 1321

26/Х−26 г.

Сэкратарыят Віц. Акрвыканкому наступным паведамляе, што 26-га

гэтага мес. у Сэкратарыят АВК зьяўляўся Латвійскі Консул г. Віцебска, які

ў сваёй прамоўцы выказаў незадавальненне абставіны з чужаземцамі – яго

падданымі ў вадносінах прадаўжэння тэрміну пражывання апошніх, які

робіць Сэкратарыят АВК – угледжаны ім за апошні час у тым, як ён кажа,

што тады, калі прыяжджаючыя ў Латвію расейцы на падставах умовы мо-

гуць пражываць колькі яны хочаць, а тут гэта абмяркована і нават ставя

гэта пытанне прынцыпова – ён кажа, што гэта можыць выклікаць недара-

зуменні і лішнія дыплёматычныя перамовы, але ён чакае, што гэта пытанне

будзе ўрагулявана Сэкратарыятам апрача дыплёматычнай справы.

З свайго боку Сэкратарыят АВК паведамляе, што ён у гэтай працы

кіруецца тымі ўказаннямі, якія дае НКУС і рабілася гэта згодна ўказанняў,

пагэтаму безумоўна здаволіць жаданне Латвійскага Консула ня можа і

просіць даць свой погляд па сутнасці.

Сэкратар АВК Бутар

Заг. чужаземнага стала Чарняўскі

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 15. Л. 7.

Latvijas Konsulats Vitebska

30 сентября 1927 г.

Консульство Латвийской Республики в г. Витебске имеет честь про-

сить Административный Отдел Витокрисполкома выдать подателю сего

дипломатический паспорт супруги Латвийского Консула в г. Витебске г.

Елены Пунга, переданный для регистрации в Административный Отдел

72 М. Королёв, Э. Екабсонс

22-го сентября с.г. за № 1897, а также служебный паспорт сотрудницы

Консульства г. Гермины Апман, переданный для продления срока реги-

страционной визы в Административный Отдел 20-го сентября с.г. за №

1892.

Админ. Отделу

Витокрисполкома Консул Пунг (разборчивая подпись)

Синим карандашом сделана надпись:

Паспорта отосланы 30/ІХ−27 и подпись

ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 17. Л. 32.

Latvijas Konsulats Vitebska

2 декабря 1927 г.

Консульство Латвийской Республики в г. Витебске имеет честь дове-

сти до Вашего сведения, что в личном составе Консульства Латвийской

Республики в г. Витебске произошли следующие перемены: вместо уехав-

шей Гермины Апман с 24-го ноября прибыл новый служащий консульства

Роберт Штульс и на 1-ое декабря сего года в консульстве числятся г.г. Ро-

бурт Штульс и Паулина Линынь.

Админ. Отделу

Витокрисполкома ГАВО. Ф. 118. Оп. 5. Д. 17. Л. 39.

Выписка из конфиденциального сообщения посла Латвии в СССР

г-на Я. Сескиса от 21 декабря 1929 г.

В Витебске ко мне в вагон явился г-н консул Пунга. Его часто посе-

щают представители латышских колоний, которые хотят покинуть СССР.

Также в посольство приходят некоторые представители латышских коло-

ний и просят совета. Сегодня был один латыш из Смоленской (ранее Ка-

лужской) губернии и рассказывал о своем несчастье. Около 30 латышских

колонистов желают покинуть СССР и переселиться в Латвию. Пока ещё

кое как можно вытерпеть, но правительство, точнее коммунисты, их заго-

нят в колхоз. Латыши готовы оставить всё, только чтобы сохранить свою

жизнь и получить возможность работать там, где будет возможно самим

распоряжаться плодами своих трудов.

Я заметил, что, возможно, правительство Латвии дало бы им визу, ес-

ли бы русские выпустили их заграницу, но обещать это не могу, так как не

имею официального ответа. Обещали через 3–4 недели явиться в посоль-

ство за ответом.

73 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Мне однако кажется, что русские ни одного эмигранта не выпустят,

но если б они и вправду выпустили несколько тысяч, то для Латвии в ма-

териальном плане разрешение этого вопроса было бы трудным. Хотя у

многих колонистов в Латвии есть родственники и друзья, которые бы раз-

местили их по приезду, но у многих нет никого. Не пришло ли время под-

нять этот вопрос в Лиге Наций? Содержание многих тысяч эмигрантов, ко-

торые не хотят жить в коммунистическом государстве – надгосударствен-

ная задача, решать которую должна наднациональная организация, какой и

является Лига Наций... Не могла ли бы она предоставить эмигрантам кре-

диты для обеспечения новых хозяйств? Мне кажется, об этом стоит поду-

мать.

Разница между нансенистамиI и эмигрантами-беженцами совсем не

такая и большая.

LNA LVVA. 3235.f. 1/2 apr. 875 a. l. 35.lp.

Сообщение консула Г. Пунги президенту министров и

министру иностранных дел Х. Целминю от 12 февраля 1930 г.

Суровая судьба латышских колонистов. Сельская коллективизация

хуже всего отразилась на латышских колонистах, так как они, благодаря

высокому культурному уровню в своих хозяйствах практиковали рацио-

нальные методы земледелия. Из-за этого они стали намного богаче, чем

белорусы, и почти что все были приравнены к «кулакам». Ещё недавно ла-

тышские хуторские хозяйства считались передовыми и в латышские коло-

нии даже организовывались экскурсии сельскохозяйственных учебных

учреждений. Картина полностью поменялась с приходом коллективизации.

Поэтому латышский крестьянин, даже самый бедный, враждебно настроен

по отношению к колхозам. Более зажиточные, а таких много, обложены

индивидуальным налогом и размещены в списке «лишенцев», т.е. лишён-

ных права голоса. Говоря другими словами, они находятся вне закона и их

не принимают в колхозы. Их имущество конфискуется, их самих выгоняют

из домов, выселяют голых и без копейки из БССР. Сейчас в Беларуси мно-

го латышских крестьянских семей, где мужчины сидят в тюрьме или со-

сланы на каторгу на лесные работы севера, а женщины с малыми детьми

бродяжничают без хлеба и крова, нищенствуя. Несмотря на холодную по-

году, которая сейчас установилась, богатых латышских крестьян выгоняют

I Нансенист – человек, у которого нет гражданства или подданства. В Лиге Наций в

1922 г. принят документ удостоверяющий личность (т.н. «паспорт Нансена»), чтобы

помочь беженцам получить право на проживание в новом месте. Название произошло

от фамилии норвежского исследователя и руководителя комиссии Лиги Наций по де-

лам беженцев и военнопленных Фритьофа Нансена (1861–1930).

74 М. Королёв, Э. Екабсонс

из дома прямо на улицу, при этом соседям под страхом суровых наказаний

дан указ ни в коем случае не предоставлять крова. В колонии Грудиновка,

Быховского района Могилевского округа, в домах наиболее богатых ла-

тышских крестьян при конфискации всего имущества были разрушены пе-

чи и выбиты окна, чтобы принудить бывших хозяев покинуть дома из-за

большого мороза. Там же в последнее время случилось большое число са-

моубийств из-за отчаяния и безвыходного положения. Мне известны слу-

чаи, когда латышские хозяева, выгнанные из домов, потеряли рассудок.

Дети отвезли больных в психические учреждения, но там, как оказалось,

«лишенцев» не принимают. Единственная надежда этих бывших богатых

земледельцев оказаться снова на родине – в Латвии.

В январе и феврале этого года в консульство было подано 150 просьб

от взрослых, не считая детей, о разрешении на въезд в Латвию. Просьбы

подают только те, кому удалось собрать деньги на покрытие расходов на

разрешение на выезд и заграничный паспорт, при этом за заграничный

паспорт советские власти просят с лишенцев 330 червонцев с человека

(также и на детей с 16 лет). Деньги надо отдать сразу же, при подаче заяв-

ления на паспорт, однако нет никакой гарантии, что паспорта будут выда-

ны, скорее наоборот.

Только что нам стало известно, что многие из этих латышей, которые

посещали консульства для получения разрешения на въезд, арестованы ор-

ганами ГПУ и сейчас сидят в тюрьме. И несмотря на это, латышские кре-

стьяне прибывают каждый день в консульство с причитаниями о помощи

выехать из Беларуси. Консульство же не может им обещать дать разреше-

ние на въезд в Латвию, так как у многих из них нет ни одного родственни-

ка в Латвии. Злоба местных властей на латышских крестьян особенна

большая ещё и потому, что были случаи, когда живущие в окрестностях

латышских колоний русские сообщали, что только тогда они вступят в

колхозы, если это сделают и латышские крестьяне. (...)

HIA. Посольство в Стокгольме, бокс 1.

Из Обвинительного заключения по следственному делу № 8412

по обвинению граждан Швальбе Г.А., Крегер И.Я., Пуцен К.И.,

Домбровского Э.Ю., Бояр И.А. и других по ст. 58 п.п. 4, 6, 10 и 11 УК

(…)

Показания обвиняемого Швальбе Г.А.:

«… Перед отъездом в Латвию Юргенс просил меня связь поддержи-

вать с вновь назначенным консулом Пунга.

С момента прибытия в г. Витебск латконсула Пунга при каждом моём

посещении консульства Пунга не только интересовался положением ла-

75 Консульство и консулы Латвии в Витебске

тышей колонистов, но в соответствии с тем или иным моментом и меро-

приятиями сов.власти давал мне соответствующие директивы по специ-

альной работе среди латышей.

В начале 1928 г. Пунга учитывая мои возможности, как пастора, без-

болезненно обращаться с латнаселением в колониях, указал мне на необ-

ходимость ведения более активной работы среди латышей в деле их спло-

чения. Последнее он мыслил осуществить путём постоянного руководства

созданными кулацкими группировками».

(т. IV л.д. 194, 195)

(…)

Приводим показания обвиняемого Швальбе Г.А. о директивах латкон-

сула Пунга, определявших деятельность организации в течении последних

лет:

«… Начиная с 1925 г. при встречах с латвийскими консулами в гор.

Витебске – Юргенс и Пунга, докладывая им о положении, настроении и

моей работе среди латколонистов – мы конкретизировали директивы, по-

лученные мною ранее в Ленинграде от лиц, указанных в предыдущих про-

токолах. В то же время мы вырабатывали тактику применительно к тому

или иному периоду и в связи с теми или иными мероприятиями

Сов.власти…»

«… Пунга указал мне на необходимость ведения более активной рабо-

ты среди латышей… Это должно было получить своё выражение в опреде-

лении тактики кулацких группировок и через них всех латышей-

колонистов в деле сопротивления и срыва мероприятий партии и

Сов.власти.

… В связи с кампанией по отобранию литеранских кирок в Полоцке,

Витебске и Смоленске в 1927 г. Пунга поставил передо мной задачу, чтобы

я, как человек, пользующийся авторитетом среди латышей, это обстоя-

тельство использовал бы для сплочения латышей. Пунга рекомендовал как

в проведениях, так и в беседах и на нелегальных совещаниях, а также и в

беседах с отдельными гражданами в колониях, прививать латышам нена-

висть ко всему русскому и в особенности к коммунистам, уделяя в работе

особое внимание молодёжи…

… В конце 1929 или в начале 1929 г. в связи с ограничением кулаче-

ства и обострением классовой борьбы в деревне я получил директиву от

латконсула Пунга использовать этот момент для внедрения пораженческих

и повстанческих настроений, имея в виду организацию банд в случае даль-

нейшего обострения классовой борьбы из числа обиженных и притесняе-

мых Сов.властью кулаков. Подготавливать латвийское население и в осо-

бенности молодёжь к тому, чтобы в случае войны оно дезертировало бы из

рядов Красной Армии, организовалось бы в банды, запасалось оружием и

76 М. Королёв, Э. Екабсонс

путём поджогов, диверсий дезорганизовало бы тыл. Также он Пунга пред-

лагал учесть всех коммунистов, т.к. они будут уничтожены с переменой

власти.

В июле или августе м-це 1929 г. в связи с эмиграционными тенденци-

ями среди немцев латконсул Пунга в беседе с ним дал мне директиву

срочно повести работу по подготовке латнаселения как Западной области,

так и Белоруссии, чтобы они не шли в коллективы, а организованным пу-

тём эмигрировали бы в Латвию, застраховав предварительно своё имуще-

ство в латконсульстве. При этом Пунга добавил, что … в случае если Со-

ветская власть применит репрессии по отношению к латышам-эмигрантам,

то они найдут защиту в лице латвийского правительства…

При каждом посещении латконсульства как Юргенс, так и Пунга

снабжали меня латвийскими зарубежными газетами для распространения

среди латколонистов здесь.

Все директивы латконсулов Юргенс и Пунга по проведении контрре-

волюционной работы и созданию к-р организации мной проводились в

жизнь среди латышей-колонистов…

… За работу в пользу Латвии Пунга гарантировал мне заступничество

со стороны Латвийского правительства в лице представителя этого прави-

тельства его, Пунга, если я буду арестован органами Советской власти». (т.

ІІІ, л.д. 213, т. IV – 196, 197).

(…)

Консул Пунга в 1928 г., по видимому, по заданию латразведки пору-

чил лично Швальбе Г.А. связаться с Пудан И.А., служившим тогда в ча-

стях ВВС БВО в г. Смоленске.

Швальбе, исполнив поручение, полученные от Пудан данные о состо-

янии военно-воздушных сил, расположенные в районе г. Смоленска (марки

машин, аварии и др.) при встречах передавал их консулу.

Обвиняемый Швальбе показал:

«… В 1928 г. не помню, когда я был у латконсула Пунга, последний

предложил мне разыскать здесь в Смоленске некоего гр-на Пудан Иосифа

Андреевича и связаться с ним. При этом Пунга сказал, что Пудан свой че-

ловек, с ним я могу быть откровенным и он Пудан, как служащий в воен-

но-воздушном флоте, может быть очень ценным и осветить деятельность и

состояние военно-воздушных сил, расположенных в г. Смоленске и его

окрестностях. Я поинтересовался, откуда Пунга знает Пудан и на мой во-

прос пояснил, что Пудан ранее служил в Витебске и он знает его ещё с тех

пор.

Летом 1928 г. когда я познакомился с Пудан, он при последующих

встречах передавал данные о состоянии воздушных сил, расположенных в

окрестностях гор. Смоленска. Насколько помню, Пудан мне передавал ка-

77 Консульство и консулы Латвии в Витебске

кое количество и каких фирм самолёты на аэродроме, а также давал сведе-

ния об авариях. Эти данные я при встречах передавал латконсулу Пунга в

Витебске…» (т. IV л.д. 195, 196)

(…)

п.п. П/Нач. 1 Отд. КРО ПП ОГПУ З/О Блигзне

Нач. 1 Отд. КРО ПП ОГПУ З/О Ильский-Израэлович

«Согласны» Нач. КРО ПП ОГПУ З/О Штейнбрюк

«Утверждаю» ПП ОГПУ З/О Залин

28 мая 1930 г.

г. Смоленск

Архивно-следственное дело № 516 по обвинению Пунга Г.А.

от 13 февраля 1941 г. // LNA LVA 1986.f. 2.apr. P-1664.l.

Сообщение консула Ф. Фриденбергса руководителю Восточного

отдела Министерства иностранных дел П. Олиню про начало работы

c 31 марта 1931. г.

(...) Как Вам известно, 15 марта вместе с г-ном Албертом и г-ном

Стрицкисом я выехал из Риги и в три часа ночи с задержкой примерно в

час я прибыл в Витебск, где на вокзале меня встретил секретарь Штулс.

После продолжительного ожидания наконец удалось найти возничего, ко-

торый доставил мои вещи в консульство, куда мы сами пошли пешком.

Консульство, а также жилые помещения довольно удобные, и это един-

ственная маленькая радость в этой одинокой жизни.

Уже прибыв на станцию Бигосово, где поменял деньги и зашел в бу-

фет, я получил первое угнетающие впечатление. Освещение тусклое, сто-

лы пустые, лавки возле стен и углы заняты истощенными людями в лохмо-

тьях, чьи усталые взгляды, а также и находящиеся там глаза сторожа, лю-

бопытно наблюдали за каждым моим шагом, при этом было совсем тихо,

как будто все боялись друг друга.

В Витебске, хотя здесь и до поздней ночи на улицах большое движе-

ние, та же печальная картина: везде виден недостаток и полная бедность.

Единственное, что бросается в глаза с хорошей стороны, это то, как выгля-

дят солдаты. Все они хорошо одеты, выглядят удальцами и хороши в груп-

пах. Обучение, как видно, происходит очень интенсивно. Всюду видны

солдатские кружки, целый день, даже поздними вечерами, слышны аэро-

планы, в оврагах города слышны выстрелы, а за городом слышны опять же

пулемёты и пушки.

С представителями власти как в Минске, так и в Витебске, я ещё не

вошел в контакт, потому как до этого момента, к сожалению, не получил

экзекватуру. Пробовал связаться по этому вопросу по телефону с Москвой,

78 М. Королёв, Э. Екабсонс

но по техническим причинам это не было возможно, так как связь с по-

сольством была плохой и с помехами, что бывало и ранее. (...)

В любом случае жизнь в этом обособленном мире, куда даже наши

рижские газеты приходят на 6–7-ой день, очень угрюмая и угнетающая, и я

не знаю, будет ли мне по силам выдержать её на протяжении дальнейшего

времени, так как переход после 9 лет в Гамбурге в Витебск достаточно ра-

дикален. Будем надеяться на лучшее.

LNA LVVA. 2574.f. 2.apr. 7161.l. 52–53.lp.

79 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Руководители Консульства Латвийской Республики в Витебске

№п/п Руководитель Консульства Временные рамки исполнения

обязанностей согласно назначениям

МИД Латвии

1 Эрнест Гиргенсонс

Ernests Girgensons март 1925 – июль 1927

2 Герман Пунга

Hermanis Punga июль 1927 – ноябрь 1930

и.о. Роберт Штульс

Roberts Štūls

в отсутствие Г. Пунги и Ф. Фри-

денбергса

3 Фриц Фриденбергс

Fricis Frīdenbergs январь 1931 – апрель 1932

4(1) Арманд Крузе

Armands Krūze январь 1994 – июль 2000

5(2) Инесе Кина (Заурова)

Inese Kīna (Zaurova) июль 2000 – август 2004

6(3) Иманта Вингре

Imanta Vingre август 2004 – август 2006

7(4) Валерийс Зубко

Valērijs Zubko август 2006 – январь 2009

8(5) Маргарита Штэйна

Margarita Šteina июль 2009 – декабрь 2011

9(6) Дагния Лаце-Ате

Dagnija Lāce-Ate с января 2012 г.

80 М. Королёв, Э. Екабсонс

Консульства і консулы Латвіі ў Віцебску

Беларусаў і латышоў з даўніх часоў яднае агульная гісторыя. У другой палове

ХІХ ст. адбылася першая значная хваля перасялення латышскіх сялян у беларускія гу-

берніі Расійскай імперыі. Падзеі, звязаныя з Першай сусветнай вайной, выклікалі дру-

гую хвалю міграцыі. Так, да 1917 г. на ўсходнебеларускіх землях з’явілася значная

колькасць латышоў.

У канцы 1917 г. – 1918 г. беларускія і латышскія нацыянальныя сілы зрабілі спро-

бы стварэння ўласнай дзяржаўнасці на сваіх этнічных землях. Дыпламатычныя ад-

носіны з Латвіяй першымі пачалі ўсталёўваць дзеячы Беларускай Народнай Рэспублікі.

Аднак пасля канчатковага выезду кіраўніцтва БНР з беларускіх зямель гэтыя адносіны

паступова спыніліся. У 1919 г. на беларускіх землях было абвешчана стварэнне Бела-

рускай Савецкай Сацыялістычнай Рэспублікі. Яе становішча падчас савецка-польскай

вайны значна абмяжоўвала магчымасці дзейнасці на міжнароднай арэне. Пасля

падпісання дамовы аб стварэнні СССР знешнепалітычныя функцыі БССР (як і іншых

саюзных рэспублік) былі перададзены ў агульнасаюзную кампетэнцыю.

У мэтах абслугоўвання латышскага насельніцтва БССР у сакавіку 1925 г. у Віце-

бску было адкрыта Консульства Латвійскай Рэспублікі. Першым консулам стаў Эрнэст

Гіргенсонс. Дыпламаты імкнуліся ў межах сваіх магчымасцяў дапамагаць вырашаць

розныя пытанні як грамадзянам Латвіі, так і латышам з савецкім грамадзянствам.

Ва ўмовах нарастання таталітарных тэндэнцый у савецкай дзяржаве паўстала

праблема вяртання на этнічную радзіму латышскіх сялян, якія ў сваёй большасці не

прынялі палітыку калектывізацыі. Савецкія ўлады ўсімі сродкамі імкнуліся знішчыць

гэтыя памкненні. У паведамленнях консула Г. Пунгі, сакратара Р. Штульса і консула Ф.

Фрыдэнбергса ў латвійскае Міністэрства замежных спраў змяшчаліся шматлікія

апісанні пакутаў латышскага сялянства ў савецкай дзяржаве: неверагодныя падаткі, вы-

сяленні, арышты. У 1929–1930 гг. была сфабрыкавана справа так званай “латышскай

змовы на Смаленшчыне”, па матэрыялах якой Консульства ў Віцебску было

прадстаўлена як ідэйны і каардынацыйны цэнтр контррэвалюцыйнай дзейнасці сярод

латышскага сялянства. Гэта стала прычынай выезду консула Г. Пунгі з межаў БССР у

1930 г.

У пачатку 1930-х гг. консульскія супрацоўнікі ў Віцебску былі толькі назіраль-

нікамі за падзеямі і ніякім чынам не маглі паўплываць на іх. Аднак іх справаздачы сён-

ня з’яўляюцца важнай крыніцай па гісторыі Беларусі таго часу. Пад уздзеяннем эка-

намічнага крызісу 1930-х гг. кіраўніцтва Латвіі ў 1932 г. зачыніла сваё Консульства ў

Віцебску.

Новы этап беларуска-латвійскіх дыпламатычных адносін распачаўся пасля

набыцця нашымі краінамі незалежнасці ў сувязі з распадам СССР. У сакавіку 1994 г.

Консульства Латвіі аднавіла сваю дзейнасць у горадзе над Дзвіной. Першым консулам

стаў Арманд Крузэ.

Праца Консульства Латвійскай Рэспублікі сёння звязана не толькі з абслугоўван-

нем латышскіх грамадзян, якія знаходзяцца на тэрыторыі Беларусі, і выдачай віз бела-

рускім грамадзянам. Яна стала неад’емнай часткай культурнай прасторы Віцебскага

рэгіёна праз арганізацыю музейных і мастацкіх выставак, правядзення Дзён Латвіі і

іншых культурных імпрэз. Консулы Латвіі прыкладаюць свае намаганні, каб не

абарваліся сямейныя, эканамічныя, культурныя і навуковыя сувязі паміж беларусамі і

латышамі. Усё гэта садзейнічае захаванню тых традыцый, якія за стагоддзі склаліся

паміж нашымі народамі.

81 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Consulate and consuls of Latvia in Vitebsk

Belarusians and Latvians are united for a long time by the mutual history. In the second

half of the XIX century the first considerable wave of resettlement of the Latvian peasants to

the Belarusian provinces of the Russian Empire took place. These events connected with

World War I and caused the second wave of migration. So by the 1917 on the East Belarusian

lands there was a significant amount of Latvians.

At the end of 1917–1918 the Belarusian and Latvian national forces made attempts of

creation of own statehood on the ethnic lands.

With Latvia the first figures Belarusian the National Republic started establishing

diplomatic relations. However after final departure the leaders of BNR from the Belarusian

lands these relations gradually stopped. In 1919 on the Belarusian lands creation Belarusian

the Soviet Socialist Republic was proclaimed. Its situation during the Soviet-Polish war

considerably limited possibilities of activity on the international scene. After signing of the

contract on creation of the USSR the BSSR foreign policy functions (as well as other federal

republics) were transferred to all-union competence.

For service of the Latvian population of BSSR in March, 1925 in Vitebsk the Consulate

of the Republic of Latvia was open. Ernests Girgensons became the first consul of the Vitebsk

Consulate. Diplomats aspired within the opportunities to help to resolve various issues as to

citizens of Latvia, and Latvians with the Soviet nationality.

In the conditions of increase of totalitarian tendencies in the Soviet state there was a

problem of return to the ethnic homeland of the Latvian peasants who in the majority didn't

accept policy of collectivization. The Soviet authorities all means sought to destroy these

aspirations. In messages of the consul G. Punga, the secretary of R. Štuls and the consul F.

Fridenbergs in the Latvian Ministry of Foreign Affairs numerous descriptions of sufferings of

the Latvian peasantry in the Soviet state were located: improbable taxes, eviction, arrests. In

1929-1930 case called "Latvian arrangement in Smolensk region" was fabricated, on which

materials the Consulate in Vitebsk was presented like ideological and the coordination center

of counterrevolutionary activity among the Latvian peasantry. It became the reason of

departure of the consul G. Punga from BSSR borders in 1930.

In the early 1930th consular workers in Vitebsk were only observers behind events and

couldn't affect them at all. However, their reports today - an important source on history of

Belarus of that time. Under the influence of an economic crisis of the 1930th the leadership of

Latvia in 1932 closed the consulate in Vitebsk.

The new level of the Belarusian-Latvian diplomatic relations began after acquisition by

our countries of independence in connection with collapse of the USSR. In March, 1994 Con-

sulate of Latvia resumed the activity in the city over r. Dvina. The first consul I became Ar-

mand Cruse.

Consulate of the Republic of Latvia work is connected not only with service of the Lat-

vian citizens who are on the territory of Belarus and issue of visas to the Belarusian citizens

today. It became an integral part of cultural scope of the Vitebsk region through the organiza-

tion of museum and art exhibitions, carrying out Days of Latvia and other cultural actions.

Consuls of Latvia make the efforts that family, economic, cultural and scientific relations be-

tween Belarusians and Latvians didn't break. All this promotes preservation of those traditions

which in centuries developed between our people.

82 М. Королёв, Э. Екабсонс

Сведения об авторах

Королёв Максим Геннадьевич – старший преподаватель кафедры социаль-

но-гуманитарных наук УО «Витебский государственный ордена Дружбы наро-

дов медицинский университет» (Беларусь); куратор НИП «Латыши и белорусы:

вместе сквозь века». E-mail: [email protected]

Эрикс Екабсонс – доктор истории, ассоциированный профессор кафедры

новой и новейшей истории историко-философского факультета Латвийского

университета (г. Рига, Латвия). E-mail: [email protected]

Научный редактор

Шорец Валерий Михайлович – кандидат исторических наук, доцент, декан

исторического факультета УО «Витебский государственный университет им.

П.М. Машерова» (Беларусь).

Научно-исследовательский проект «Латыши и белорусы: вместе сквозь века»

НИП «Латыши и белорусы: вместе сквозь века» реализуется с 2012 г. и объединя-

ет исследователей из Витебска, Минска, Риги и других городов Беларуси и Латвии. В

рамках проекта осуществляется исследование взаимодействия латышей и белорусов с

середины XIX века по настоящее время, а также сотрудничества Республики Беларусь

и Латвийской Республики в различных сферах.

В рамках проекта сделано 8 обследований мест бывших латышских колоний на

белорусских землях. Проведён в г. Риге круглый стол с участием студентов Витебского

государственного медицинского университета и Латвийского университета (сентябрь

2013 г.). Установлены контакты с Союзом белорусов Латвии, а также Смоленским ла-

тышским обществом (Россия). Ежегодно издаётся сборник научных статей «Латыши и

белорусы: вместе сквозь века» (ISSN 2312-2188).

Издано:

Королёв, М.Г. «Белорусские» латыши на приграничьи (в межвоенный период) /

М.Г. Королёв, И.А. Мартинкевич, В.Н. Голубев. – Минск: РИВШ, 2012. – 84 с.

Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. / под общ. ред. М.Г. Коро-

лёва. – Минск: РИВШ, 2012. – 90 с.

Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. Вып. 2 / редкол. М.Г. Коро-

лёв [и др.]. – Минск: РИВШ, 2014. – 68 с.

Латыши и белорусы: вместе сквозь века : сб. науч. ст. Вып. 3 / редкол. С.П. Кулик

[и др.]. – Минск: РИВШ, 2014. – 76 с.

Больше информации о проекте смотрите на сайтах:

http://lb-science.wix.com/project

http://lat-bel.wix.com/journal

83 Консульство и консулы Латвии в Витебске

Содержание

Предисловие от Консула…………………………………………….. 3

Введение………………………………………………………………. 4

Этап первый: советский (М. Королёв, Э. Екабсонс)

Латыши на белорусских землях (до Октябрьского переворота

1917 г.)………………………………………………………………… 6

Становление дипломатических отношений с Латвией……………. 9

Открытие Консульства в Витебске…………………………………. 11

Положение сотрудников латвийского Консульства в Витебске….. 15

Эрнест Гиргенсонс и первый год работы Консульства……………. 18

Герман Пунга…………………………………………………………. 23

Tempora mutantur (Времена меняются)……………………………... 26

Фабрикация обвинений против Консульства………………………. 36

Последние годы Консульства……………………………………….. 37

Судьба латвийских консулов после Витебска……………………… 42

Этап второй: современный (М. Королёв)

Возобновление работы Консульства Латвийской Республики

в Витебске…………………………………………………………….. 44

Латышская воскресная школа……………………………………….. 48

Консулы Латвии в современной Беларуси…………………………. 50

Визовая работа………………………………………………………... 55

Заключение…………………………………………………………… 59

Благодарности………………………………………………………... 60

Примечания и ссылки………………………………………………... 61

Приложение…………………………………………………………... 68

Руководители Консульства Латвийской Республики в Витебске… 79